– Элквуд?
– Алабама. Меня зовут доктор Веллман, – он добавил теплую улыбку, но подавил желание коснуться ее, каким бы отеческим жест ни задумывался. После пережитого физический контакт вне необходимых медицинских процедур может быть неуместен.
– Клэр, – сказала она. – Клэр Ламберт.
– Как ты здесь оказалась, Клэр? Не похоже, что ты из Алабамы.
– Огайо, – она поморщилась, когда в ней затрепетала боль. – Коламбус, Огайо.
– Далеко ты от дома.
– Знаю. Можете позвонить маме?
– Конечно, – сказал он, но засомневался, что это хорошая мысль. Если он позвонит, как знать, не бросится ли ее семья на ближайший рейс и не окажется ли здесь ровно в тот момент, когда клан Мерриллов решит нанести визит? Может, ему и неприятно от мысли, что придется отвезти Клэр в больницу и сбежать без объяснений, но подвергать всю ее семью опасности – не тот грех, который хочется иметь на совести. Впрочем, контактная информация поможет врачам в Грейсоне опознать ее, а дальше они разберутся сами. Это, в свою очередь, натолкнуло на мысль, что хотя шериф Маккиндри может оказаться бесполезен, ему наверняка поможет полиция штата. Но успеют ли они добраться сюда, чтобы остановить волну насилия, которая, несомненно, надвигается? В конце концов он решил попробовать. Но все сразу он делать не мог, так что пока достал ручку и бумагу и записал адрес и телефон под диктовку девушки.
– Они хотели меня убить, – сказала она затем. – Они убили моих друзей.
– Кто? – он тут же пожалел о вопросе. Чем меньше он знает, тем лучше. Но как разыгрывать дурачка, когда его пациентом стала жертва пыток, и после ужасной истории, которую поведал Джек Лоуэлл? – Не важно, – добавил он. – Поговорим позже. Сейчас главное, чтобы ты выспалась и сосредоточилась на выздоров…
Он осекся. Снаружи дома раздался далекий рокот. Он приближался. Веллман смотрел, как в окно пролился ярко-белый свет, омыл потолок комнаты, сполз на стены, затем мазнул по ним к двери и исчез в углу.
Фары
. Шум прекратился. Он прислушался к шагам и тут же был вознагражден хрустом гравия под ботинками. По направлению к дому.
– Пока расслабься, – сказал он девушке, сам испугавшись дрожи в голосе. – Я скоро вернусь, – он попытался придумать, что бы еще добавить, но мозг отказался работать, мысли затуманила паника. Он поспешил из комнаты на кухню, к шкафчику, где хранил алкоголь, стаканы и старую жестяную коробку. Внутри коробки лежал пистолет, к которому он не притрагивался больше двадцати лет, – старый военный «Кольт» 45-го калибра, однажды зимой принесенный ему вместо денег ветераном, когда тот понял, что его диагноз смертельный.






