ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У Маккензи куча проблем. Да и у Джейдена серьезный бардак в жизни. И бешеная страсть, вспыхнувшая между ними, подливает еще больше масла в огонь. Чтобы не сгореть в этом пламени, они решают расстаться. Вот только как игнорировать свои чувства? Ведь вселенная постоянно сталкивает их. А может, пора перестать сопротивляться и сделать шаг навстречу друг другу? Сделай шаг Эстель Маскейм У Маккензи куча проблем. Да и у Джейдена серьезный бардак в жизни. И бешеная страсть, вспыхнувшая между ними, подливает еще больше масла в огонь. Чтобы не сгореть в этом пламени, они решают расстаться. Вот только как игнорировать свои чувства? Ведь вселенная постоянно сталкивает их. А может, пора перестать сопротивляться и сделать шаг навстречу друг другу? Эстель Маскейм Сделай шаг Посвящается тебе, мамочка. Ты – моя лучшая подруга и самое главное в жизни. Люблю тебя больше всех на свете. Estelle Maskame Dare to Fall Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность. © Estelle Maskame 2017 © Белышева О., перевод на русский язык, составление, предисловие, 2019 © Издание на русском яз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мама ничего не отвечает, однако замечает, что я стащила бокал, и хмурится. Ее губы подрагивают, она прищуривается, делает вид, что не заметила пропажи, и начинает взбивать подушки. Выхожу из спальни и закрываю дверь.

В коридоре верчу добычу в руках и так крепко сжимаю стекло, что, кажется, еще чуть-чуть – и оно лопнет. Появляется папа, и я ослабляю хватку.

Он стоит в проеме гостиной, облокотившись о дверной косяк, и выглядит виновато.

– Дай-ка сюда.

Шагает ко мне и осторожно вынимает бокал из моих напряженных пальцев. В другой руке у него бокал из гостиной.

Папа слишком молодой, чтобы лысеть и иметь столько морщинок. И каждый раз, когда он несет в мойку очередной бокал, у отца появляется этот печальный взгляд, который старит его еще больше. Он проходит по коридору мимо меня в темную кухню, а я стою и слушаю звук бегущей из крана воды.

Пока отец смывает мамину помаду с ободка бокала, мой взгляд останавливается на столике в прихожей. Там стоят фотографии: на одной – свадьба родителей, на другой – мой первый день в детском саду, и волосы перевязаны дурацкими яркими резиночками. А посередине – третья рамка, светло-розовая. На ней никогда не бывает пыли: мама протирает ее минимум дважды в день. Пять аккуратных розовых букв – все, что осталось нам в память о

ней

. Незатейливый сувенир, одно лишь имя, поскольку больше никаких следов мы сохранить не успели.

Нам не суждено было увидеть малютку Грейс, но мы никогда ее не забудем.

И хотя Даниэль Хантер считает, что мне наплевать на нее и на Джейдена, я сопереживаю им как никто другой. Просто меня страшит прикасаться к чужой беде, потому что я знаю цену утраты и то, как горе меняет людей.

В свое время оно изменило и нас самих.

Глава 2

Кто придумал поставить физику первым уроком в понедельник? Какой-то садист, не иначе. Мне она нравится, честное слово, но только не в восемь утра. К тому же идет всего четвертая неделя семестра. Зачем я только сунулась в класс отличников…[2] В такую рань мы ничего не соображаем, и фразочки типа «статическое равновесие» просто не усваиваются.

Склоняюсь над партой и опускаю голову на тетрадь с домашкой, которую Уилл наспех списал у меня утром на парковке. Не пойму, отчего он не справляется сам. Ведь он гораздо умнее меня и единственный из нас троих планирует учиться в колледже за пределами Колорадо. Мы с Холденом, скорее всего, останемся в штате, а вот родители Уилла могут обеспечить ему переезд из Виндзора куда его душа пожелает. Порой мне и самой хочется уехать.

Открываю глаза, но головы не поднимаю. За соседней партой Кейли Такер одной рукой держит телефон на колене и строчит эсэмэски, а другой что-то пишет в тетради. Скорее всего, выводит каракули.