Федор все заранее подстроил:
– Я вынужден улететь в Лондон по делам, на три дня. Хочешь, дам тебе ключи от моего дома? Кроме тебя и прислуги никого не будет. Только не стоит устраивать модельные вечеринки, ненавижу посторонних на моей территории.
Сандугаш удивилась, но отказаться не смогла. Она очень уставала от толкотни и тесноты модельной квартиры. Постоянное присутствие посторонних выматывает интровертов, лишает их жизненных соков.
В другой раз Птичкин отлучился в Майами, уже на неделю. Сандугаш приехала со всеми своими немного численными пожитками.
Чтобы утвердить ее в своем пространстве, Федор подарил ей роскошный белый купальный халат и заполнил одну из полочек ванной кремами Ля Прери. В его доме у девушки появилась личная комната. Федор пригласил декоратора, манерного молодого человека в костюме от Пола Смита, который записал ее пожелания – что следует изменить в интерьере. Сандугаш не очень нравилась комната. Холодная и пустая. Но вносить серьезные изменения она постеснялась. Во-первых, еще не окрепла в статусе хозяйки, во-вторых, боялась задеть Птичкина. Ей было известно о его педантичности. Дизайн-проектом дома он занимался сам.
Однажды настал день, когда Федор вернулся из очередной командировки на день раньше обещанного. Нарочно так сделал. Они провели прекрасный вечер у камина, вместе ужинали, а потом разошлись по своим комнатам спать.
Сандугаш постепенно привыкала. Научилась считать его безопасным. Все-таки, несмотря на природный дар и развитую интуицию, она еще была очень молода. А молодым свойственно ошибаться. И верить в красивые сказки.
9.
– Хочешь сказать, что ты даже ее не трахаешь? – присвистнул Антон Семенов, когда Птичкин упомянул об этом странном сожительстве.
– Все было. И будет.
Читать продолжение тут






