Он прекрасно его помнил, со всей ясностью.
Приезд на источник. Громкие и совершенно глупые слова, тем не менее написанные самим главой рода, должны были сказаны. Поединок, в котором его тело превратилось в большой факел. Бой, в котором немногочисленная дружина клана полегла практически вся.
Видя это — он решил уходить. Джунгли, которые стояли у него на пути были труднопроходимыми даже для здорового человека. А ожоги покрывали все тело. Наверное, лучше было чтобы он тогда умер и больше никто не слышал о нем. Вот только на пути попалось, то злосчастное озеро. Источники и впрямь были лечебными. А также бахир творит чудеса.
И ему не повезло — он выжил. Долгое время он лежал в холодной воде в бреду и только после этого нашел в себе силы идти дальше. Одежда превратилась в лохмотья. Только некоторые участки кожи не были повреждены. Все остальное было в красных рубцах. Идти было тяжело. Ночью в одной из деревень он украл странного вида балахон и дырявую соломенную шляпу. Свою же одежду просто выбросил. Его фигура была сгорблена, тело чесалась, а во многих местах кожа срослась неправильно.
— «Необходимо дойти до дома!» — вот мысль, которая его так долго вела и не давала сломаться. Было больно, вот только в аристократе никто не признавал молодого человека, только лишь обезображенного старика.
Постепенно появилась небольшая палка для более удобного передвижения. Дырявая соломенная шляпа поменялась на целую. А на спине повисла небольшая сумка, в которую сердобольные крестьяне бросали, чего не было жалко им самим.
То, что все не так просто он понял еще в тот момент, когда подъехал на источник. И то, что у отца могут быть проблемы, он тоже понимал, поэтому не пытался с ним связаться хоть как-нибудь. Все при личной встрече.
Только вот не получилось личной встречи. Земля полнилась слухами и он слышал их все. Когда ночью, когда днем и отказывался в это верить пока сам не увидит.
— «И вот увидел и что? Никого больше нет.»
— Дедушка ты плачешь? — неожиданно прозвучал тихий голос маленького ребенка. — Почему?
Рядом со мной стояла девочка около трех лет. У нее было простое прямое платье до колен и два хвостика по бокам.
— Все хорошо милая… Кха! Спасибо… — сказал я грубым совершенно не похожим на свой голос. Первый раз за все время я решил поговорить с кем то. Этот голос мне не нравился.
— Не надо плакать! Нужно встать, отряхнуться, вытереть слезы и идти дальше! — попеняла девчонка, важно грозя мне ручкой. Видать ей это совсем недавно говорила мама. Посчитав на этом свою миссию выполненной, она важно кивнула и побежала назад.
— «Устами младенца глаголит истина!» — подумалось мне. Я вытер слезы.
— Нужно встать, отряхнуться и идти дальше! — холодно прошептал я. Теперь мой каркающий голос пришелся мне по нраву.






