Я расслабился, насколько возможно, и мы с Надей разошлись в разные стороны исследовать обстановку. Очень скоро картина бедствия мне приелась. Я лениво переходил из палаты в палату, машинально отмечал признаки беспорядка, и уже начал, было, думать о своём, когда прибежала Надя с вытаращенными глазами.
– Там труп!
– Где?!
– Во второй палате.
– Издеваешься?
– Иди, посмотри.
Она вцепилась пальцами в мой бицепс, и мы пошли.
Хоть он и закутан был в одну только простыню, я сразу понял, что никакой это не труп, а просто спит человек. Думаю, Надя это тоже сразу поняла, только ей захотелось попугать и попугаться. Потом, действительно странно и даже жутковато его здесь обнаружить, когда во всём отделении больше ни души.
– Вот уроды. Они его забыли, – прошептала Надя.
– Бред. Но, похоже, так и есть, – я тоже перешёл на шепот. – Что будем делать?
– Давай вниз спустим, а там разберёмся.
– Может, лучше позвать кого-то?
– Может-может, – передразнила Надя, – ты видел, что там творится? Хрен кого найдёшь.
– Будить будем?
– Ясное дело, будем.
– Ну, давай.
– А чё я-то?!
– Ладно. Я сам.
Стянул немного с него покрывало, заглянул в лицо. Молодой совсем человек, наверное, Митиного возраста. Красивый прямой нос, я всегда, почему-то, в первую очередь на нос внимание обращаю. Если нос сразу не понравится, потом ещё долго привыкаю к лицу, считая его отталкивающим. А это лицо мне сразу понравилось, не только из-за носа, вообще.
Очень трудно решиться разбудить вот так постороннего человека, не знаешь, как обратиться, что вообще говорить. Положил ему руку на плечо, потряс легонечко. Он сразу глаза открыл, как будто не спал вовсе.
– Вы чего, ребята?
– Наводнение во всём корпусе, эвакуируют всех.
– А. Знаю. Мне укол сделали, я отрубился. Вы на практике, что ли, здесь?
– Да. Первый день сегодня, – ответствовала Надя с мрачной кривой улыбочкой.
– Вы как себя чувствуете? – догадался я поинтересоваться.
– Так себе. Нога болит здорово.
Он поднял простыню, под которой оказался совершенно голым. Меня это не очень смутило, а Надя от неожиданности аж выпустила крепкое словечко. Впрочем, на неё могла произвести впечатление вовсе не нагота его, а нога – бедро, замотанное насквозь окровавленными бинтами.
– Перевязка нужна срочно, – поспешил я загладить неприличное выступление своей подруги.
– Что делать будем? – занервничала она.
А что мы можем сделать, зелёные первокурсники, больных видевшие, разве только гриппом – домашних своих. Ну, максимум ещё в сериале «Скорая помощь».
– Давай вот этим. – Вдруг бодро заявила Надя, и начала разрывать на полоски простынь.
– Что? Сильно кровит? Не лучше бинты поискать? – спросил больной.
– Или всё-таки попробовать позвать врача сюда какого-нибудь? – подхватил я.
– Некогда. – Отрезала Надя, яростно разрывая простынь.






