— Стало быть, — он поднял на меня озорной взгляд, — завтра ты не должен идти на работу и свободен?
— Об этом нужно спрашивать у Майкрофта. Может быть, придется навещать его в больнице.
— Но это же не на весь день, — Энди просиял улыбкой во все тридцать два зуба. — Раз он в Лондоне, то ты остаешься у меня! Подумать только, как же мне повезло! Сначала утром это предложение с ролью, потом у тебя свободное время!
Я улыбнулся и мягко коснулся губ Энди поцелуем. Мне было просто жизненно важно получить немного позитива.
***
Как и собирался, я приехал в больницу к вечеру. Похоже, Антея организовала мне пропуск, потому как охранник лишь лениво посмотрел на меня, а медсестра предупредила, чтобы я не сильно задерживался, утомляя пациента.
Не зря я не мог заставить себя утром уйти из больницы. Не зря. Стоило мне войти в палату Майкрофта, как я всем своим существом ощутил его состояние. Никого близкого рядом. Никого, кому он бы мог доверять. У меня не укладывалось в голове, как этот человек, который столько делал для страны, оказывался никому не нужным в частной жизни. Сейчас, видя отсутствие цветов и других признаков поддержки от близких в палате, я стал испытывать особое сожаление, что его жизнь прошла на полях дипломатических сражений. В моем понимании мира никто не заслуживал такого одиночества!
— Как вы? — с порога палаты я увидел, что Майкрофт не спит и смотрит в окно, за которым от ветра мерно покачивались ветви каштана. — Я уговорил Антею пустить меня к вам.
Я подошел к кровати, осторожно спустил кислородную маску с лица Майкрофта, облегчая ему задачу общения со мной. Он нахмурился, и я прочел в его глаза непонимание происходящего. Майкрофт приоткрыл рот и несколько секунд собирался с силами, чтобы заговорить.
— Не стоило. Езжайте отдыхать. Я тут надолго, — Майкрофт говорил с большими перерывами, заполненными свистящим дыханием.
— Сейчас точно не поеду. Там вечер, а у такси нет полицейской сирены и мигалки, чтобы объехать пробки по тротуару, — улыбнулся я. — Так как вы?
— Лучше, чем могло бы быть, —сказал Холмс, и облизнул потрескавшиеся губы.
Я взял со стола бумажную салфетку, смочил ее водой из стакана и приложил к его губам. В мое сердце вонзилась острая иголка боли, когда я поймал благодарный взгляд Майкрофта. Неужели он не ожидал этого от меня?
— Я рад, — я коснулся его безвольной руки, в вену которой был установлен катетер. — Что говорят врачи? Не стал спрашивать их.
— Что организм слабый и легко подвергается… Впрочем, к черту эти детали, — Майкрофт поморщился, и я заметил как капельки пота начали выступать на его висках. Очевидно, дышать без маски ему было тяжело.
— Антея сказала, что не знает, нужны ли вам сейчас мои услуги, — внутренне меня покоробило от той формы, в которую я облек свои мысли.






