Еще одной деталью, говорящей о современности, был широкий пандус из бетона, отделанный декоративным камнем с кованным ограждением. Если бы прошло чуть больше времени и мох прижился на бетоне, пандус бы точно не бросался в глаза, а так он напоминал мне о том, с чем придется столкнуться.
Стоило мне подняться на последнюю ступеньку, как дверь передо мной услужливо распахнулась, и я увидел самого настоящего дворецкого в униформе. Пожилой мужчина учтиво мне улыбнулся и чуть поклонился.
— Вам придется немного подождать: мисс Антея еще занята, мистер Лестрейд. Прошу, пройдемте, — сообщил он мне и бесшумно, словно призрак, двинулся в недра дома.
Я прошел по небольшому коридору и оказался в гостиной, подавляющей своей мрачностью. Несмотря на то, что день выдался солнечным, и бархатные портьеры на окнах были раскрыты, тут царил полумрак.
— Чай, кофе? — осведомился дворецкий.
— Нет, спасибо, — я уселся на диван, с виду очень похожий на какой-нибудь антиквариат. Как позднее я узнал — он действительно был им.
Дворецкий снова отвесил мне полупоклон и молча удалился. Я принялся осматриваться. На фоне классического убранства гостиной чужеродным предметом смотрелся подъемник, установленный на лестнице. От вида этой конструкции из хромированного металла мне стало не по себе. Я понятия не имел, как описать те чувства, что испытывал. С одной стороны, я понимал, что в деле, в которое ввязался, нет ничего сложного, но с другой — никак не мог отделаться от ощущения полнейшего сюрреализма в том, что Майкрофт Холмс теперь прикован к инвалидному креслу и зависим от других людей.
Я сидел и слушал как мерно тикают огромные напольные часы, представляя, что этот старинный механизм уже отмеряет минуты и секунды третьего (а может быть и четвертого!) века, который ему довелось застать, когда где-то в недрах дома громко хлопнула дверь, после чего на втором этаже послышались торопливые шаги, и по лестнице почти сбежала Антея. В тот момент я даже не сразу узнал ее. Для меня помощница Майкрофта Холмса всегда была холодной, немногословной и погруженной в мир своего BlackBerry, но сейчас я увидел перед собой совершенно живую, эмоциональную женщину, которая была готова вот-вот расплакаться. Она, не заметив меня на диване под пальмой, стиснула кулаки и прикусила нижнюю губу. Я понял: еще чуть-чуть — и она точно расплачется, и будет нехорошо, если я стану свидетелем.
— Да за что мне это?! — спросила Антея у дома.
Пока она не сказала что-то лишнее, после чего меня обязательно бы устранили, я решил тактично покашлять. Это была занимательная метаморфоза — из готовой вот-вот разреветься симпатичной девушки, Антея тут же стала неприступной мисс Ассистенткой. Словно кто-то взял и переключил тумблер.






