Одна из ближайших дверей отворилась, и Лита была с силой прижата к полу, лишена способности двигаться и даже дышать — потому что из покоев вышел сам император. Заботы о делах государства часто становились причиной его бессонницы, и, заслышав странный шум, он решил узнать, что случилось.
— Кто эта девушка? — спросил он, окинув задыхающуюся Литу холодным взглядом.
— Беглянка из гарема, повелитель, — опустившись на колено и склонив голову, но при этом не отпуская горло Литы, ответил один из стражников. Он с легкостью узнал это по золотому браслету, какие носили только наложницы императора. — Хотела вернуться домой или спешила к любовнику, не иначе.
Мужская рука еще сильнее сжала шею Литы, и от боли у той невольно хлынули слёзы. Церемониться с ней никто не собирался — всё равно теперь изобьют плетьми до полусмерти или вовсе казнят. Лита дернулась, попыталась повернуть голову и захрипела.
— Кажется, она хочет что-то сказать, — равнодушно заметил император. — Да отпусти ты её, это же не подосланный убийца.
Терзавшие её пальцы разжались, Лита глубоко, порывисто глотнула воздух и закашлялась.
— Повелитель… — пробормотала она, пытаясь как можно скорее унять душившие горло спазмы. Всё тело горело от едва миновавшей его гибели, нехватки кислорода и адреналина. — Повелитель, — Лита сжалась, стоя на коленях, уткнувшись лбом в носок его сапога. — Я шла к вам!
— Ко мне? — в голосе мелькнуло искреннее удивление. — Зачем? Тебе запрещено покидать гарем.
— Отчаяние заставило меня нарушить запрет, — Лита подняла мокрое от слёз лицо. — Уже больше года я здесь, моя красота проходит, моё сердце иссыхает без вашего взгляда, повелитель! — Слёзы вновь полились по щекам, и мало кто мог догадаться, что причина их в той лжи, что причиняла сейчас нестерпимую боль. — И если мне суждено провести дни свои незамеченной вами — так пусть лучше я умру сейчас, но у ваших ног.
— Встань, я тебе умирать не позволял, — Лита с трудом поднялась на дрожащие ноги, и император вновь окинул её взглядом, теперь уже с заметным любопытством. — Не помню тебя. Ну что ж, если это твоя последняя ночь, то глупо будет провести её в темнице. Танцевать умеешь?
Лита, сглотнув, отрывисто кивнула.
— Дайте ей воды и приведите в порядок. А потом доставьте ко мне.
Робко ступая в опочивальню императора, Лита понимала, что не только её жизнь висит сейчас на волоске. Правитель как будто поверил её словам, но её учили, что слова мало значат, а взгляд всегда выдаст правду. Изобразить преданность и любовь, когда тебя душит отчаяние и страх, а сердце отдано другому — почти невозможно. Но Лита старалась. Выйдя на центр зала перед своим повелителем, она начала танцевать, как никогда раньше.






