ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он популярный музыкант, красавчик и мажор. А она просто девушка и этого им достаточно. В тексте есть: любовь, подростки, романтика, секс, студенты, эротика Ограничение 18+ Сделай шаг Андрей Карелин Он популярный музыкант, красавчик и мажор. А она просто девушка и этого им достаточно. В тексте есть: любовь, подростки, романтика, секс, студенты, эротика Ограничение 18+ Сделай шаг Андрей Карелин Глава 1 Теплые струи воды стекают по моему дрожащему телу. Они смывают с моей кожи сонливость и усталость, а с моих волос восстанавливающую маску. Столько времени приходится тратить на кожу, волосы и ногти. Маникюр педикюр делать. А парни никогда этого не замечают. Они думают, что мы родились такими красивыми, что это нас природа наградила. А тени, тоналка и блеск для губ, каждая деталь в одежде, каждая ресничка должна быть на своём месте. Это же куча времени и куча сил. И всё это лишь для того, чтобы какой-нибудь прыщавый урод в контактике написал: «Ты красивая, как насчёт встретиться», и это ещё в лучше случае, а в худшем скинет фотку своего члена или другую мерзость. И стоит им только ответить, ни за что потом не отделаешься. Они думают, что со своей настойчивость смогут растопить моё холодное сердечко. Я уже дарила свою любовь (как громко сказано), я дарила чуточку своего внимания Косте, и что из этого вышло? Он решил, что ему можно всё больше и больше. И в какой-то момент он решил, что я должна отдаться ему. А я не хочу. И дело не в том, что я не хочу вообще заниматься сексом, я про

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 — Смотри вот. — Показываю на краба и на прочую закусь: шоколадку с лимоном. А сам наливаю ей штрафную.

— Я чистый коньяк не буду, — говорит Диана.

— Смешать с пепси? — говорю. — Может ром?

— Ром буду.

Я поднимаю руку и пьяным голосом подзываю официантку:

— Официант, ром даме, ф-ф-ф, — неудачно свищу, никогда не умел свистеть. Я улыбаюсь, а на глазах слёзы. Так тяжко сейчас внутри. Так больно, как будто осиновый кол в сердце давно уже сгнил и теперь даёт метастазы трупным ядом.

Официантка приносит бокальчик рома и ещё бутылочку пески. Диана смешивает их меж собой. Конечно, она не может бухать чистый ром, она же девочка.

— За вас, за девчонок, — произношу я.

— Поддерживаю, — чокается со мной она и выпивале залпом ром.

Я выпиваю коньяк и, не закусывая, хватаюсь за голову. Сижу за столом и плачу, я уже бухой и ничего не стесняюсь:

— Алёна, дура, блядь, сука, как же я люблю её и ненавижу.

— Эй, эй, эй, ты чего, — успокаивает меня Диана. — Никогда тебя таким не видела.

— Поэтому я и не хотел никому показываться, — всхлипываю я. — Только тебе доверяю и официантке. — Улыбаюсь ей и поднимаю за неё пустой бокал, и она мне улыбается в ответ.

— Ты успокойся и приди в себя, это пройдёт.

— Да я знаю, только вот не проходит. Болит сердце так, что жить не хочется. Сдохнуть хочу из-за этой твари.

— Не называй её так.

— А как её называть. Дура, блядь, зачем было творить такое! — Качаю я головой, опирая на руку.

— Да что она натворила-то такого, изменила тебе?

— А ты не знаешь. Ты что, до сих пор не в курсе, да весь город уже в курсе. Чё-ё-ё-ёрт, — снова наливаю себя коньячка и выпиваю без закуси. — Разламываю клешню и даю кусочек краба Диане.

— Ну так расскажи, может я пропустила, я за новостями не слежу так-то, у меня дома даже телека нет, — она берёт кусочек крабового мяса и закусывает им ром.

— Да вот, — открываю ютуб и показываю задержание борделя, а там Алёнка в самом центре. Будто только её и снимали.

— Да уж, — вздыхает Диана. — А что сама она говорит в своё оправдание?

— Говорит, что её подставили, что выкрали из дому и притащили в этот притон.

— А уйти она не могла, или её там силой держали?

— Говорит, её постоянно кололи наркотиками, она была под наркозом что ли, я тут не понял. Но у неё все вены исколоты.

— Алёночка, твой цветочек аленький? Что-то не верится.

А у меня от слов Дианы, аж слёзы наворачиваются.

— Не называй её больше так, — говорю. — Слышать не хочу об этой твари.

— И ты не смей её так называть, она же девочка.

— А-а-а, — говорю я. — Понял, женская солидарность. Хорошо не буду.

Открываю другое видео и там над ней склонился этот старый, голый и плешивый мужик.

— Ф-у-у-у, — с отвращением качает головой Диана. — Мало того что секс с мужчиной это само по себе мерзко, так ещё с таким.

— А представь как мне.