ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он популярный музыкант, красавчик и мажор. А она просто девушка и этого им достаточно. В тексте есть: любовь, подростки, романтика, секс, студенты, эротика Ограничение 18+ Сделай шаг Андрей Карелин Он популярный музыкант, красавчик и мажор. А она просто девушка и этого им достаточно. В тексте есть: любовь, подростки, романтика, секс, студенты, эротика Ограничение 18+ Сделай шаг Андрей Карелин Глава 1 Теплые струи воды стекают по моему дрожащему телу. Они смывают с моей кожи сонливость и усталость, а с моих волос восстанавливающую маску. Столько времени приходится тратить на кожу, волосы и ногти. Маникюр педикюр делать. А парни никогда этого не замечают. Они думают, что мы родились такими красивыми, что это нас природа наградила. А тени, тоналка и блеск для губ, каждая деталь в одежде, каждая ресничка должна быть на своём месте. Это же куча времени и куча сил. И всё это лишь для того, чтобы какой-нибудь прыщавый урод в контактике написал: «Ты красивая, как насчёт встретиться», и это ещё в лучше случае, а в худшем скинет фотку своего члена или другую мерзость. И стоит им только ответить, ни за что потом не отделаешься. Они думают, что со своей настойчивость смогут растопить моё холодное сердечко. Я уже дарила свою любовь (как громко сказано), я дарила чуточку своего внимания Косте, и что из этого вышло? Он решил, что ему можно всё больше и больше. И в какой-то момент он решил, что я должна отдаться ему. А я не хочу. И дело не в том, что я не хочу вообще заниматься сексом, я про

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тишину разрезает звонок старого дедушкиного телефона.

— Ну у тебя и рингтон, — вздрагиваю я, а Костя протягивает мне трубку.

— Алло, — говорю.

— Встречайте, — коротко говорит собеседник и кладёт трубку.

— А как я вас узнаю? — не успеваю я сказать, как уже слышу гудки. Ещё и номер неопределяемый.

— Я пойду, встречу, — говорю я им и понимаю, что Костя не рвётся встречать ФСБшника вместе со мной, как и Алёна. А оставлять их вдвоём в своей машине я не хочу. Я почему-то думаю, что они сейчас разденутся, и будут заниматься любовью, пока я там буду ходить.

И откуда у меня эти приступы ревности. Но как представлю, что его грязные лапы будут касаться её «фарфоровых» ножек, стягивать с ней атласные туфельки и кружевные трусики, меня прямо в дрожь бросает, и волосы на голове встают дыбом.

«Э-э-эй, ты же никогда её не ревновал. Ты же доверяешь Алёнке», одёргивает меня мой внутренний голос. А я и сам не знаю, что со мной происходит.

Я выхожу из машины и иду встречать ФСБшника. Он сам меня узнаёт и подходит, хоть я бы в жизни его не отличил от простого пассажира самолёта. Ни плаща на нём, ни шляпы, ни чёрных очков. Простой мужичок возраста моего отца.

— Дмитрий, — говорит мне он.

— Да, — отвечаю я.

— Идём, — он не идёт за мной, а ведёт меня за собой.

— А как вы меня узнали?

— По фотографии, ваш отец мне скинул ваш инстаграм.

Мы подходи к неприметному минивену стоящему на парковке, а там нас уже ждёт двое оперативников.

— А где одногруппник и девушка? — Спрашивает у меня он.

— Здесь, на парковке, — окидываю я всё вокруг взглядом, ища свою машину.

— Давай их сюда, — я и не заметил как он на «ты» со мной перешёл.

Опрашивают Алёну и Костю они отдельно друг от друга, и так чтобы я не слышал, о чём они говорят. А то мало ли что она хотела бы от меня скрыть.

— Только не давите на неё, ей нельзя сейчас волноваться, — говорю. — Она в положении.

А самого распирает гордость от того, что я будущий папаша.

— Давить не будем, — отвечает один из оперативников. — Просто нам нужно определиться, что и где искать.

Дальше мы едем к Алёнкиному дому, мы на своей машине, они на своей. Я остаюсь в машине, пока Алёна подымается с оперативником к себе домой, а Костя показывает другому, где видел эту машину и как её тащили.

ФСБшник тем временем осматривает двор и ищет возможных свидетелей. Я никогда не был раньше на следственных действиях, но читал, что это скрупулёзный труд, поиски отпечатков и микрочастичек. Наверное, они пропылесосили уже всю Алёнкину прихожую, а ФСБшник опросил половину жильцов.

— Странно, — говори он. — До нас здесь никто никого не опрашивал.

— Что там? — впервые задаю я это вопрос, потому как не понимаю ход следствия.

— Да всё ясно, — вскидывает брови он.