ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Диармайд и не предполагал, что ему так быстро предстоит вернуться в Европу. Поездка, которая может стоить ему жизни, впереди. Путь парня лежит через Море Мертвецов, одни из самых опасных вод в бассейне Средиземного моря и это все ради призрачного… Черное Солнце Сергей Зиненко Диармайд и не предполагал, что ему так быстро предстоит вернуться в Европу. Поездка, которая может стоить ему жизни, впереди. Путь парня лежит через Море Мертвецов, одни из самых опасных вод в бассейне Средиземного моря и это все ради призрачного… Глава 1 — Мел, ну чего ты так бесишься? Подумаешь, останусь тут? Ты вроде неплохо с Ди ладишь… боишься оставаться с ним наедине? — лукаво ухмыльнулся Лу, — я всё понимаю, он жуткий парень и всё такое… но раньше тебя это вроде как не беспокоило. Диармайд навестил Луиджи и Мелиссу в их съёмном особняке. У девушки был потрясающий талант придавать дому ту самую «домашнюю атмосферу», и даже неряшливость Луиджи и его склонность к захламлению не смогли это испортить. — Хватит! — выкрикнула Мелисса, — неужели ты не понимаешь, что остаёшься в заложниках? А ты Диармайд, как ты мог так легко на это согласиться? Как ты мог позволить ему оставить Лу у себя!? Чего молчишь, ну давай, скажи хоть что-то! — Раскричалась… — вздохнул Диармайд. — Лу всё равно нам ничем помочь не сможет, а без гарантии возвращения Арбет нас не отпустил бы. Думаю, если бы его так не заинтересовало, что именно способно уничтожить эту… птичку, я был бы или мёртв, или слеп. Причем последнее нужно понима

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Глава 2

— Это что? — Луиджи непонимающе уставился на завёрнутую в плотную промасленную ткань картину. Он до сих пор не мог отойти ото сна, который прервал Диармайд безжалостно нажимая на дверной звонок.

— Это картина, Лу. Мы же вчера об этом говорили. Ты что забыл уже? — Диармайд протянул свёрток сонному Луиджи, почти насильно впихнув его ему в руки.

— На кой хер ты ко мне в такую рань с ней припёрся. До утра не мог подождать? — раздражённо спросил Луиджи, но картину взял, аккуратно, зная какую ценность этой вещи придаёт его друг.

— Лу, взгляни на зарю, уже утро, — Диармайд кивнул головой на начинавший светлеть небосвод. Горизонт начал светлеть, а россыпь звёзд всё ещё ярко сияла над головой.

— Какую ещё зарю? Ди, сколько мне раз говорить, чтобы ты общался со мной как с нормальным человеком? Хватит использовать мудрёные слова! Чёрт, — вздохнул Луиджи, поудобнее перехватив свёрток, — я даже знаю, что такое мудрёный… Что ты со мной делаешь, Ди?

— Увидимся в полдень, — попрощался Диармайд, не обращая внимания на ворчание, — мне ещё вещи собрать нужно.

— Ты ещё не готов? — удивился Луиджи, оживившись, — как такое вообще возможно? Ты же обычно всё делаешь наперёд. А не заболел ли ты часом? — выкрикнул он, но Диармайда уже не было рядом.

После случившегося ночью Диармайду не хотелось общаться ни с Лу, ни с кем-либо ещё. Он прекратил использовать мгновенный шаг, перейдя на обычную ходьбу.

Уасет… как много ему дал этот город, как сильно изменил. Бежав сюда из Греции, Диармайд и не подозревал, что так быстро обретёт силу. Но этого всё ещё недостаточно. Людовик стоит на вершине церковной иерархии, чтобы убить его, наверняка нужно перейти на десятый или одиннадцатый ранг.

Улицы города были почти пустыми, только сонные дворники начинали рабочий день. Диармайд заметил, что на него иногда смотрят с неприязнью. Поначалу он не понимал причины, но поразмыслив вспомнил, что сражаясь с Юсуфом Кароаном, в пылу безумия, Диармайд убил с десяток обычных людей. Похоже, хоть люди в мире магов и привыкли держать язык за зубами, зло они помнили.

Чудно… Диамрайд убил уже так много, что какой-то десяток человек казался просто несущественным пустяком. Кем он становится? Что за «человек» смотрит на него утром в отражении? Ха — человек? Его лицо уже мало походит на человеческое. От того мальчишки, которым он когда-то был, уже почти ничего не осталось.

Хоть времени было в обрез и уже нужно было идти собираться, домой Диамрайд не пошёл. Он проследовал на пустующую храмовую площадь, окружённую опрятными красивыми зданиями. Зашторенные провалы окон чернели, жрецы и знать не привыкли просыпаться в такую рань, предпочитая вести ночной образ жизни.