ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Реальность жестока. Высокий уровень развития технологий повлек за собой высокий уровень безработицы. Сокращают всех, начиная от учителей, заканчивая мастерами по ремонту техники. Какой смысл держать человека, если его можно заменить продвинутым механизмом? Но что делать людям? Как им жить? Где брать деньги? Ответ на это только один — Барлиона! Официальный проект правительства набирает обороты, затягивая в свои сети все больше и больше народу. Остается только гадать, как поведут себя лишенные всего люди. Роман Балабанов — один из таких. Но, в отличие от большинства, он не отчаивается. Не умеет этого делать профессионал в управлении проектами с тринадцатилетним стажем. Есть цель, есть четкое понимание того, как ее достичь. Этому никто не может помешать. Ни новый класс, ни странный друг, ни неожиданные враги.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Последнюю неделю этим вопросом меня не донимал только ленивый. Родители, бывшие коллеги, друзья – как мнимые, так и настоящие. Если родители искренне переживали, то остальная часть порой не скрывала счастливого выражения лица. Еще бы! Те, кто умудрился сохранить свое место, чувствовали свое превосходство, а те, кто уже числился в армии безработных, вздыхали с облегчением, что они не одни такие. Но абсолютно все жаждали услышать, как я планировал сохранить свою платежеспособность. Вдруг изобрел нечто оригинальное.

– Так что делать-то будешь? – Матвей разлил еще по одной и терпеливо ждал. Этот не злорадствовал. Он был тем другом детства, что, считай, семья.

– Сначала порадуюсь, что развелся и детей не завел, – шутка так себе, но сегодня был не тот вечер, когда стоит говорить серьезно. Матвея я не видел лет пять и просто радовался нашей встрече.

– Это-то понятно, хоть и спорно, – усмехнулся друган, хмурясь.

– Ага. Ты всегда был подкаблучником. Расслабься, жены здесь нет, – заржал я, вспоминая супругу Матвея. Если кому и грех было жаловаться на семейную жизнь, так это точно моему другу детства. Тот редкий случай, когда люди жили душа в душу и счастливо воспитывали двоих детей. По крайней мере, пять лет назад.

Первая пара рюмок смыла напряжение последних дней. Я смотрел на друга и радовался нашей встрече, отгоняя подальше проблемы. Хмель невольно заставил нас поностальгировать.

Мы познакомились на линейке в первом классе. Ни я, ни он не разделяли всеобщего волнения по поводу поступления в школу. Пример старшей сестры наглядно показал, что беззаботные игры во дворе сменятся уроками и домашкой. Матвей так вообще ненавидел все эти садики и школы. Мы стояли рядом, пыхтя от тяжести то ли бытия, то ли рюкзаков, и отмахивались от чужих букетов. Общие беды сплачивают людей, а скучные уроки, стабильные нагоняи и злобная классуха сделали из нас почти братьев. Мы были вместе всю школу. Дрались, дразнили девчонок, получали звездюлей от отцов, когда мамки уставали грозить ремнем. Тогда казалось, что так будет всегда. Друг за друга горой, потому что мы – банда!

Но после школы наши пути разошлись. Матвею учеба в школе давалась с трудом, поэтому о вышке речи не шло. Зато руки у него были золотые. С моей помощью он поступил в колледж на автослесаря и сразу устроился в мастерскую по соседству. Все наши мужики очень скоро его зауважали. Потом друг встретил Светку, быстренько на ней женился и завел детей. Ушел с головой в быт, но выглядел при этом счастливым. Странное дело, вот кто должен был в первую очередь волноваться о потере работы, так это автослесарь, но друг тогда заверял, что у него надежная база.