ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Романом Джеффри Конвица "Апокалипсис" ("Страж-2") заканчивается знаменитая дилогия, мистический сюжет которой разворачивается вокруг апокалипсической истории смены часовых у врат Ада, еще раз напоминающей нам о роли и ответственности человека в извечной борьбе сил Света и Тьмы. Апокалипсис Джеффри Конвиц Романом Джеффри Конвица "Апокалипсис" ("Страж-2") заканчивается знаменитая дилогия, мистический сюжет которой разворачивается вокруг апокалипсической истории смены часовых у врат Ада, еще раз напоминающей нам о роли и ответственности человека в извечной борьбе сил Света и Тьмы. Джеффри Конвиц Страж-2 ПРОЛОГ Ноябрь 1963 года Доктор Мартин Абраме не спеша набил тяжелую трубку ручной работы и, раскуривая ее, бросил взгляд на бумаги, отодвинутые на край письменного стола. — Как вы себя чувствуете? — спросил он, хмуря густые черные брови. — Чувствую… — безучастно откликнулся пациент, прибывающий а глубоком трансе. Доктор заметил, что ответ был дан будто бы через силу. — Вы спокойны, — ровным голосом произнес он. — Да, — как-то неуверенно подтвердил пациент. — Спокоен. — Все хорошо. Наступила тишина. Выдержав паузу, Абраме продолжил: — Я хочу поговорить с вами о вашей матери. Пациент зябко поежился. — Я не помню ее. — Помните. Вы помните абсолютно все. Расскажите мне про нее. Запинаясь, пациент стал описывать женщину, а потом и свое отношение к ней. Абраме удовлетворенно кивнул. — Хорошо, — сказал он, одновременно делая какие-то пометки в бумагах. — А теперь расскажите мне о том, к

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Неужели это правда? — переспрашивал он себя. — Наверное…» — Это так? — просто спросил он, с ненавистью глядя на восковое лицо Фэй с безразличными пустыми глазами. Но она отдернула руку и повернулась к священнику.

— Проклинаю тебя! — еще раз выкрикнул отец Макгвайр.

И тут Фэй с такой силой расхохоталась, что в серванте зазвенела посуда. Ребенок заплакал и стал давиться слезами. Но Фэй направилась не к нему, а к мужчинам, продолжая громогласно смеяться. Лицо ее стало на глазах искажаться, как расплавленный воск, принимая самые разнообразные очертания. В воздухе запахло серой, а потом Бену почудилось, что совсем рядом что-то сильно гниет.

— Фэй! — исступленно закричал он. Но теперь уже он обращался не к тому существу, что находилось сейчас у него в квартире… Он вспомнил свою настоящую Фэй, погибшую в подвале, и, упав на колени, в отчаянии закрыл лицо руками.

Теперь стало меняться и само тело Чейзена, еще недавно имевшее форму Фэй. Кожа сделалась тонкой и хрупкой, начала трескаться, и через минуту перед ними стоял уже сам Чарльз Чейзен в том виде, как его встретил Франкино в старом особняке пятнадцать лет назад.

Неизвестно откуда налетел ветер, сметая все на своем пути, поднимая в воздух бумаги и опустошая пепельницы…

Со стен попадали картины, но ветер не утихал. Макгвайр схватился за решетку камина, чтобы устоять на ногах. Бен накрыл своим телом малыша.

Чейзен не переставал дико хохотать и, стоя в дверях, упивался произведенным эффектом.

Свет померк. В квартире царил хаос, повсюду валялась перевернутая мебель. Наконец Бен и Макгвайр отважились посмотреть на Чейзена. Он стоял, опершись о стену. И вдруг начал таять в воздухе и исчез. Вместе с этим прекратилась и буря. Наступила полная тишина, словно ветра не было и в помине.

Бен начал укачивать ребенка, стараясь успокоить его и бормоча какую-то незатейливую песенку. Малыш все еще сильно дрожал.

— Бен, — укоризненно произнес отец Макгвайр. — Все это произошло только из-за вас. Вы виноваты в том, что у вас не осталось теперь времени, чтобы справиться с Чарльзом Чейзеном.

— Да к черту вашего Чейзена! — разозлился Бен. — Плевать мне на него! И на все, что у вас тут творится!..

— Вы лжете самому себе, Бен, — покачал еловой священник.

— Да идите вы!..

— Вам не может быть безразлично все это, если вы, конечно, еще верите в Бога и продолжаете любить Его, — терпеливо увещевал Макгвайр.

— Да никакого Бога не существует! — отрезал Бен.

— И Сатаны, выходит, тоже? Не обманывайте себя, Бен. Вы же только что видели его своими глазами. И смею вас уверить, что Бог тоже существует так же реально, — продолжал священник.