ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Языческий бог Перун вторгается в нашу жизнь в обличье таинственного Зверя. Его могущество влечет к себе честолюбцев, мечтающих о власти над миром. Но ноша бога слишком тяжела для человека, и далеко не каждому дано пронести ее по жизни с достоинством. Зверь Сергей Шведов Языческий бог Перун вторгается в нашу жизнь в обличье таинственного Зверя. Его могущество влечет к себе честолюбцев, мечтающих о власти над миром. Но ноша бога слишком тяжела для человека, и далеко не каждому дано пронести ее по жизни с достоинством. Сергей Шведов Зверь Глава 1 СТРАННАЯ СМЕРТЬ Для Германа Воронина визит Славки Клыкова явился полной неожиданностью. И ладно бы этот, с позволения сказать, историк пришел один, – так нет, он прихватил с собой худощавого белобрысого субъекта лет тридцати, по всем приметам – иностранца. Герман неодобрительно кивнул в ответ на приветствие и указал на продавленный диван, едва ли не единственное украшение своей убогой однокомнатной квартиры. А сам присел на табурет и мрачно уставился на банку пива, сиротливо стоящую на столе среди пустых бутылок. Он после вчерашнего маялся с похмелья и при всем желании не мог скрыть своего скорбного состояния от незваных гостей. Славка понимающе вздохнул и выставил на стол бутылку французского коньяка. – Ого, – удивленно вскинул бровь Воронин. – Мы разбогатели? – Это не мы, – хмыкнул Славка и пятерней разгладил густые светлые волосы, – это они. Воронин знал Клыкова с детства и никак не мог понять, за каким чертом умный Славка занялся ис

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– По-твоему, я член похоронной команды Велеса?

– Да, Герман, именно тебе выпала эта высокая честь. Держи своего ворона. – Славка бросил талисман на колени старого друга. – Другим появляться в этих местах с подобным украшением, пожалуй, опасно. Кстати, оберег сделан не из дерева.

– А из чего? – насторожился Герман.

– Не знаю, – пожал плечами Клыков. – То ли смола, то ли металл, неизвестный науке. В любом случае тебе он не навредит.

– Ну, спасибо, ученый, утешил, – усмехнулся Воронин. – Вот так живешь бок о бок с человеком тридцать лет, пьешь с ним водку и не знаешь, какие гадости он думает и про тебя самого, и про твою во всех отношениях приличную фамилию.

– Вот, – поднял палец к небу Клыков. – Вот она, дремучесть. Стоит только вывести человека за рамки привычных понятий и погрузить его в мир образов, как с ним тут же начинается истерика. Он начинает требовать для вас психиатра и, представьте себе, находит такого же испуганного обывателя, как и он сам.

– Это что же, случай из жизни или общие рассуждения? – спросил Воронин.

– Неприятность случилась с одним моим знакомым, увлеченным древними культами. Его отправили в психиатрическую лечебницу. К счастью, вскоре выпустили.

– А как зовут этого твоего приятеля-язычника? – спохватился Воронин.

– Его зовут Велимиром, Герман. Но ты его знаешь под фамилией Волохов.

– Подожди, это Сашка, что ли?! Он же был у нас в школе комсоргом.

– Волохов служил богу перемен Велесу тогда, служит он ему и сейчас.

С Сашкой Волоховым Герман не виделся давно, хотя краем уха слышал, что бывший школьный комсорг то ли свихнулся от обрушившихся на Родину перемен, то ли ударился в мистику. И, честно говоря, не очень удивился этому слуху, поскольку Волохов и в юные годы был человеком восторженным и склонным к фанатическому служению идее. Уже тогда Воронин, скептически настроенный по отношению к миру, над Сашкой посмеивался, чем заслужил его нелюбовь. Один раз они даже подрались, с печальными для Волохова последствиями в виде разбитого носа и синяка под глазом.

– Чай будете пить? – сердито крикнул от костра Петр Сергеевич.

Воронин достал из рюкзака видавшую виды эмалированную кружку и первым отправился за тонизирующим напитком. Надо отдать должное Бубнову, заваривать чай он умел. Воронин отпил из кружки пару глотков и восхищенно прицокнул языком:

– А вы, Петр Сергеевич, умелец! Да и к лесу, судя по всему, привычны.

– Я лесом живу вот уже без малого тридцать лет. И институт я в свое время закончил лесотехнический.

– А почему Василий Иванович не взял вас с собой?

– Так я ведь в город уезжал, – пожал плечами Бубнов. – Вылетали они без меня. К тому же Костя Звонарев разбирался в лесных делах не хуже.