ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вэлери Райан, в прошлом преуспевающий психотерапевт, примерная жена и заботливая мать, вынуждена смириться с необходимостью развода. Но если бы муж ей только изменял… Подозрения множатся, самые страшные догадки подтверждаются. Найдет ли В. достойный выход из сложившейся ситуации? В своем дневнике она с обескураживающей прямотой фиксирует все сколько-нибудь значимые этапы семейной драмы, которая в ее изложении становится похожей на трагикомедию. Иронический роман о современных горожанках. Разрыв Дебра Кент Вэлери Райан, в прошлом преуспевающий психотерапевт, примерная жена и заботливая мать, вынуждена смириться с необходимостью развода. Но если бы муж ей только изменял… Подозрения множатся, самые страшные догадки подтверждаются. Найдет ли В. достойный выход из сложившейся ситуации? В своем дневнике она с обескураживающей прямотой фиксирует все сколько-нибудь значимые этапы семейной драмы, которая в ее изложении становится похожей на трагикомедию. Иронический роман о современных горожанках. Дебра Кент Дневник В. Разрыв Посвящается Марте Спицер и памяти Челси Дездемоны Что было до «Разрыва »? Для тех, кто пока еще не прочел первую книгу трилогии «Дневник В.», которая называлась «Любовное приключение», приведем ее краткое содержание. Семейная жизнь Вэлери Райан дала трещину, ее карьера психотерапевта пошла прахом, но Вэлери с завидным упорством пытается спасти неудачный брак, хотя бы ради сына. Год выдался нелегким, как можно судить по откровенным дневниковым записям Вэлери. Обна

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Там все песни длиннющие, с бесконечными повторами, дети обычно изводят ими родителей в автопутешествиях. Когда мы пели «В ведре была дырка» и дошли до куплета, где жена велит мужу заткнуть дырку соломой, Пит спросил:

— Мам, разве можно соломой заткнуть дырку в ведре?

Я не удержалась и заорала:

— Конечно, нельзя, Пит! Меня от этой песни блевать тянет!

Он уставился на меня. Я рассмеялась, пытаясь превратить все в шутку, но он, кажется, испугался.

На сегодня все.

В.

13 февраля

Роджер вернулся с репетиции раньше обычного. Он не заметил, что я в нижней ванной, и, когда мы столкнулись, не успел стереть с лица беспокойство. В одной руке у него была сетка с луковицами нарциссов, в другой лопата. Сообщил, что хочет заняться садоводством. Всю жизнь Роджер терпеть не мог копаться в земле, говорил: «Ненавижу всю эту природу». Да и никому не придет в голову сажать нарциссы в феврале.

— Грандиозная мысль! — воскликнула я. — Подожди, я возьму лопатку. Я с тобой!

— Лучше я сам. — Он отстранил меня. — Так будет лучше. Думаю, тебе есть чем заняться.

— Чушь какая, — сказала я весело. — Я же совершенно свободна. Ты что, забыл, что я не работаю?

Роджер натужно засмеялся:

— Может, тебе отдохнуть немного? Например, принять ванну.

Я сжалилась над ним.

— Да, неплохо было бы наложить горячий компресс. Я потянула ногу, когда сумки таскала.

— Давай. — Роджер вытер испарину со лба.

Я понеслась в ванную, заперла дверь и включила воду для пущей убедительности. Потом осторожно приоткрыла окошко вентиляционной решетки. Было хорошо видно, как Роджер начал копать под голубыми елями. Вот он вгрызается в грунт лопатой. Все глубже и глубже. Бросился на колени, сунул руку в глинистый грунт. Схватил лопатку, начал рыть снова. Вторая ямка. Потом третья и так далее. Через сорок минут двор выглядел как после нашествия кротов. Это мне напомнило сказку из детской книжки, где гном обманул простоватого паренька. В конце концов он начал копать под каждым деревом в лесу и, естественно, никакого золота не нашел. Роджер тоже.

Вечером он спросил, собираясь чистить зубы:

— Тебе не попадались никакие мои вещи?

— Что за вещи? — Я старалась не смеяться.

— Одна небольшая коробочка вроде сейфа. У меня там дискеты для будущей пьесы, понимаешь?

— Нет, солнце, я ее не видела. Но если попадется, обязательно скажу.

На сегодня все.

В.

15 февраля

Либби наконец позвонила. У нее нет сведений о Мэри Тисдейл. Неизвестно, как они встретились, есть ли у них дети, сколько ей лет, откуда она. В поселке Черноозерском ничего не знают об этой женщине. Существует ли она вообще? О ней нет никаких официальных данных: ни номера социального страхования, ни водительских прав, ни страховок. Либби дважды приезжала к дому и барабанила в дверь, но никто не отозвался.