Полина Аркадьевна была женщиной в достаточно преклонном возрасте, ее здоровье было слишком слабое. Инсульт у бабушки случился на улице по дороге домой, когда она возвращалась с покупками из магазина, ее сразу забрали в больницу. Это был первый тревожный знак по состоянию ее здоровья.
Мне было 15, когда я с братом попала в детский дом. Самое ужасное было то, что мы сильно отличалась от всех детей. Они были брошены родителями совсем в раннем возрасте, а я и Вадим были теми, кто, познали, хоть и не полное, но семейное счастье. Поэтому нас невзлюбили сразу. Мой брат выглядел младше своего возраста, невысокий и худой, с короткими темными волосами, еще совершенно несформированный мальчишка. Он никогда не участвовал в драках, не увлекался спортом и интересовался больше науками и искусством, как и папа. Вадима сильно избили в первый же вечер нашего переезда какие-то парни, хотели показать кто здесь главный. Мой брат попал в медчасть и пролежал там три дня. Я хотела лезть на стенку и выть от безысходности, от осознания того, что жизнь может опять тебя сломать и от тебя ничего уже не зависит. Наверное впервые, после смерти родителе, я дала волю слезам и проплакала всю ночь. Человек может адаптироваться к любым условиям, так и эти дети, смогли приспособится к жизни в детском доме, я же с братом были как слепые котята, попавший только в этот жестокий мир, в котором выживает сильнейший. Но самое ужасное, что мы с Вадимом не относились к категории сильных людей. Мне оставалась отучится только два класса, поступить в институт и начать самостоятельную жизнь, подальше отсюда. Теперь я строила совсем другие планы. Нет, я конечно же не перестала думать о хорошей работе, но теперь я должна была позаботиться еще и о брате. Осознание того, что мы остались полностью одни в этом мире меня оглушило с такой силой, что мне показалось именно тогда я стала по-настоящему взрослой, в тот миг все мое детство сразу закончилось.
Костя появился через пару недель после моего приезда в детский дом. Он заприметил меня сразу, как ни грустно это звучит, но в тот день моя красота стала моим проклятьем, она изменила мою жизнь полностью. Парень был выходец из этого детского дома еще семь лет назад, однако появлялся он здесь довольно часто. У него были очень странные дела с директором детского дома.
— Вот это, да, какая милашка, — услышала я, когда проходила из учебного корпуса к себе в комнату, — ничего себе, — присвистнул Костя. Его ребята остались стоять в стороне, а он решил догнать меня.
— Как тебя зовут, лялька? — спросил он, улыбаясь мне своей обворожительной улыбкой, от которой наверное все девушки сразу растекаются у его ног, странно почему я не попала в число этих девушек.






