ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миллениалам Тому и Дженни Декер, не имеющим даже нормальной работы, приходится быстро повзрослеть – они теряют дешевую квартиру в престижном районе Нью-Йорка. Переезд за город оказывается тяжелым ударом для парочки хипстеров. Но все быстро забывается, когда они находят Дом Мечты – на удивление, доступный дом в субурбии. Оплата счетов, долги по ипотеке и совершенно незапланированная беременность Дженни вызывают у Тома только страх. Он не хочет брать на себя такую ответственность. Пока случайно не находит в подвале дома НЕЧТО. ОНО дает ему почувствовать себя победителем, меняет его восприятие и ощущения. И вот новая работа приносит ему большие «бабки», теперь Дженни сможет заняться воплощением бизнеса своей мечты в реальность. Но Дом Мечты Декеров прячет не один смертоносный секрет. Одержимость Тома подвалом растет, и Дженни решает ради спасения семьи раскрыть его тайну. До того как ОНО уничтожит их всех. Никто не хочет взрослеть.… но иногда это единственный способ остаться в живых.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Месяц второй

По руке у Дженни текла кровь – тоненьким ручейком к локтю и на траву.

– Черт! – выругалась она, когда заметила шип, вонзившийся глубоко в палец.

Дженни выдернула его из-под кожи и посмотрела на Тома. Полускрытый, он обрезал разросшийся куст, стараясь хоть как-то его окультурить. Под жарким июльским солнцем кожа у Тома понемногу бронзовела, чему Дженни всегда завидовала. Она-то переводила крем для загара тоннами, а предплечья все равно стали розовыми. Для нее единственный плюс солнца – россыпь веснушек на носу и щеках, которую Том так обожает. Дженни с удовольствием вспоминала, как он их гладил душными летними ночами в крошечной квартирке. По квартирке она скучала и то и дело ловила себя на этом.

Лужайку не стригли как минимум с прошлого лета. Запущенными казались и передний двор, и задний, и розовые кусты, и все остальное. Ни внешний, ни внутренний облик дома прежних хозяев явно не заботил.

Дженни собралась спросить мужа, не видел ли он в подвале газонокосилку, когда краем глаза уловила какое-то движение: к ней шла женщина в сарафане вместе с девочкой лет четырех, в яркой футболке и шортах. Девочка несла бумажную тарелку, накрытую фольгой, и с трудом сдерживала радостную улыбку. Женщина немного смущалась. Дженни улыбнулась девочке и помахала им здоровой рукой.

– Привет! – сказала Дженни. По вискам тек пот, и она очень надеялась, что не кажется полной растрепой.

– Привет! – отозвалась женщина, остановившись перед домом. – Добро пожаловать в наш район. Меня зовут Андреа, а это…

– Мы печенье вам испекли! – практически выкрикнула девочка, протягивая тарелку.

– Пейдж, веди себя прилично! Тебя еще даже не представили!

Девочка покраснела, уязвленная тем, что ее осадили при чужом человеке, потупилась и опустила руки.

– Я – Пейдж, – раздраженно буркнула она.

– Рада знакомству, Пейдж! – быстро проговорила Дженни. Она заметила, что Андреа хмурится, и торопилась разрядить обстановку. – Сколько тебе лет?

Девочка подняла голову и просияла.

– Шесть! – крикнула она, снова протягивая Дженни тарелку.

«Шесть? – подумала Дженни. – Я промахнулась. Я СОВЕРШЕННО не разбираюсь в детях. Нужно исправляться. Срочно».

– Мы испекли вам печенье! – повторила Пейдж, и с каждой фразой она кричала все громче.

– Здорово! – воскликнула Дженни, стараясь говорить с таким же энтузиазмом, как девочка. Она забрала у Пейдж тарелку и приподняла фольгу, хотя час назад ее вывернуло наизнанку. В последнее время по утрам ее сильно тошнило, и улучшений не предвиделось.

Большинство печений подгорело и покрылось коричневыми крапинками – получилась тарелка с маленькими жертвами ожогов.

– Ой! – не сдержавшись, воскликнула Дженни.

– Разумеется, пробовать необязательно, – тихо проговорила Андреа.