ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сербия, 2022 год. Люди озлоблены. На этом фоне происходит убийство известной модели Ани Никич, при этом сразу начинают гулять слухи, что ее изнасиловали и убили албанцы. МВД Сербии просит провести расследование русского эмигранта, отставного полковника МУР Панина, у дома которого нашли труп – потому что серб в таком деле не будет объективен. Однако, Панина начинают терзать сомнения – в деле не все сходится. Он понимает, что большинство тех, кто имеет отношение к делу, или погибли, или убиты. Книга содержит нецензурную брань.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как в этот момент обыскивающие стройку жандармы вынесли винтовку, и Йованич буквально взбесился, он даже попытался ее вырвать – это он зря, кстати.

И все же – какая мразь… и этот решил – из грязи в князи…

Но теперь им пару дней будет не до меня. А мне больше и не надо…

27 мая 2022 года. Белград, Сербия. День семнадцатый

Ну, вот, собственно и всё.

То бишь – хватит с меня. Я сделал для этой страны все что мог. Но сербы в очередной раз сами выбирают себе судьбу. Зоран Божаич еще в начале года был никому не известным скромным политическим клерком, а сейчас он возглавил партию вместо погибшего на боевом посту соратника – и опросы показывают, что они гарантированно в парламент проходят. На четвертом или даже на третьем месте.

Учитывая динамику и вообще все то, что в мире происходит – через несколько лет они неизбежно победят.

И потом не надо хвататься за голову и гадать, откуда что взялось. Вы человека в политике знаете меньше года, вы вообще о нем ничего не знаете, кроме того что он вам втирает – но уже готовы отдать ему десять процентов голосов в Скупщине, человеку, о котором ничего не известно. Ребят, это даже не популизм. И уж точно не политика. Это инфантильность. Вы как пятилетняя девочка, к которой подошел взрослый дядя и сказал, что отведет ее к родителям, которые там за углом ее ждут. И она доверчиво дает руку…

Есть еще один анекдот… неприличный правда. Пошел охотник в лес, увидел медведя, выстрелил, промахнулся. Медведь его за это изнасиловал. Мужик снова взял ружье, пошел в лес, увидел медведя, выстрелил, промахнулся. Медведь его за это снова изнасиловал. Потом еще раз. На восьмой раз пошел охотник в лес, увидел медведя, выстрелил, промахнулся. Медведь схватил и спрашивает: – «Мужик, я не понял. Так ты охотник или п… рас?»

Если нас нажаривают раз, потом еще раз, еще раз и еще – то надо задуматься. Проблема не в них, а в нас, верно? Вот есть такое понятие, государственный муж. Верно? А никогда не задумывались, а кто тогда жена? А жена это мы с вами, дорогие мои. Общество. Народ. И то, что тут между нами происходит из года в год, из одного выборного цикла в другой между нами – это даже не секс с обещанием потом когда-нибудь жениться. И не изнасилование, как мы потом вопим. Это политическая педофилия. Мы, общество, из раза в раз, из одного выборного цикла в другой, опять и опять доверчиво даем руку очередному политическому педофилу, готовому по полной программе воспользоваться нашей наивностью. Но с начала девяностых, когда стали возможными конкурентные выборы – прошло три десятка лет. Взрослеть пора, верно?

Но так и не взрослеем.

Но была еще одна страна. Которая посадила меня за решетку, а потом выпнула вон. И к которой тем не менее, я все еще испытывал чувство родины.