Соларис групп фигурирует тут на каждом шагу, это явно прокладка, через которую идут поставки с болгарских оружейных \заводов на Ближний Восток. Заказчик – компания Мехатроник-США. Фигурирует как крупный поставщик по оборонным контрактам для Пентагона. Можно предположить, что Мехатроник при необходимости – предоставляет прикрытие и ЦРУ. Я предполагаю, что у Божаича не было денег расплатиться за совершенные в его интересах убийства – и он, таким образом, решил вопрос. Передал контракт на перспективного игрока тому, кто может извлечь из него выгоду, и кто может за него расплатиться с исполнителями заказных убийств. Чеченская мафия, а возможно – что в деле замешано, или, по крайней мере, знает о происходящем – и ЦРУ.
– Все это выглядит как то… неправдоподобно. Вам так не кажется.
– Неправдоподобно, потому что вы не хотите ничего видеть. Зоран Божаич убийца. Он убил Аню Никич, заказал убийства Богдана Жераича, Иво Хребановича, Радослава Илича, майора Савича из оперативной группы. Вместе с Савичем в засаде погибли десяток жандармов и офицеров полиции, двое гражданских были убиты взрывом. Почти наверняка Божаич виновен в смерти профессора Скрибич, он косвенно виновен в смерти Василия Никича и Милана Никича. Я подозреваю, что он приходил в российское посольство и принес клятву верности. Но его клятва ничего не значит, он предаст нас, как и раньше предавал. Он связан с американцами. И он виновен, по меньшей мере, в пяти убийствах. На него будут давить – и мы и американцы. Но мы никогда не сможем надавить на него сильнее, чем они. Потому иметь с ним дело – все равно, что иметь дело с чумой. Рано или поздно все это всплывет. И все кто хоть как-то с ним связан, окажутся по уши в дерьме. Пусть это будут американцы. Не мы.
– Вы понимаете, что такие решения принимаются намного выше?
– Понимаю, – сказал я, – в этом пакете все, что у меня есть. И запись с моим изложением произошедшего. Моей версией. Отправьте это в Москву. Я, по крайней мере, попытался. Я знаю, что доказательств мало, и это никому не надо. Но я буду знать, что я попытался…
– Я понимаю…
Резидент взял пакет, посмотрел на него…
– Только одну копию записали. Больше нет?
Опа…
А вот это провал…
Вот чего ему не стоило говорить – так вот этого. По крайней мере, не здесь и не сейчас. И не так. Сказав это, он показал мне, что он заинтересован в том, чтобы эта информация никогда не всплыла.
Провал…
– А что? – спросил я – Интересует?
– Интересует.
…
– Так что. Есть еще?
– А с чего интересует то?
– А с того. Так есть?
– Есть.
– И где?
Я улыбнулся.
– Скажем, далеко. И в случае смерти… сами понимаете.






