Может, даже этой ночью.
Машина! Та тачка, БМВ! Да неужели…
Поехали кататься, пьяные. Наверное, и обдолбанные. Девчонка на скорости выпала, свернула шею. Остальные испугались и уехали. Могло быть? Запросто. Большинство преступлений так и происходит – по глупости, по пьянке, по недоразумению. Осознанные тяжкие преступления против личности – довольно редки. Когда я работал – у нас четыре из пяти убийств были бытовыми. Их и не раскрывали, а оформляли. Протрезвевший убийца, осознавший что натворил – либо сразу шел сдаваться, либо задерживался за сутки – двое…
– Позвонил?
– Да.
– Чего сказали?
– Приедут…
– Ладно…
Душан поежился, перекрестился
– Страх какой.
– Не узнаешь ее? Местная?
– Нет…
– Да погоди ты, не вздумай туда ходить! Отсюда смотри…
– Нет… платье незнакомое… нет… да и не ходит у нас так никто.
– Вчера слышал что-нибудь? Вечером, ночью?
– Да нет. Мы коров подоили, и спать легли.
Понятно.
– В полиции лишнего не говори. Нашел и все, больше ничего не знаю. Будешь говорить, на того думаю, на этого – сам же потом пожалеешь…
…
Через три часа местная жандармерия повезла нас в «управу» разбираться.
Полицейская управа Ниша – располагалась в большом, полукруглом здании времен развитого титоизма, с тех пор ни разу не ремонтировавшегося. Пропускной режим был хреновый, вахтер сидел, но по факту проходил, кто хотел. Нас не разделили, чтобы мы не смогли договориться, а просто оставили в коридоре и попросили подождать. У меня пистолет на кармане – но никто и не подумал обыскивать.
Жареный петух по-настоящему еще не клевал?
Нет, клевал, Косово рядом совсем. Не поняли?
Мы, русские – очень хорошо умеем жить этаким военизированным лагерем. Каждый в нем моментально находит свое собственное место. А тут – не умеют.
И я не знаю, хорошо это или плохо…
Так мы сидели полчаса, может и больше и уже успели заскучать. Потом появились, наконец полицейские, и развели нас по разным кабинетам…
…
Меня допрашивал совсем молодой парень, худой, чернявый, чем-то похожий то ли на турка, то ли на албанца. Он ходил в неуставной кожаной куртке, за карман дужкой были зацеплены очки. Мне он понравился. Я умею отличать случайных людей в полиции от тех, кто там действительно должен быть, от легавых собак, для которых догнать зверя и вцепиться в него зубами – лучшая награда. Этот был как раз из таких, легавых. Может, опыта и знаний у него и маловато, в оперативной тактике слабоват – но если есть желание, можно многого добиться.
– Панин Александр…. – сказал он, смотря на скрепленную степлером распечатку, в которой явно была информация обо мне
– Никитович – подсказал я
– Гражданин Сербии.
– С прошлого года.
– Вы владеете сербским языком? Желаете переводчика?
– Владею.






