ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бенгт Даниельссон — один из спутников известного норвежского ученого и путешественника Тура Хейердала по его знаменитому плаванию на плоту «Кон-Тики». Автор этой книги на машине объездил южное и восточное побережья Австралии, побывал на севере материка и в его внутренних районах. Даниельссон изучил, правдиво и красочно описал жизнь коренных жителей Австралии, которых осталось немного; они, как и индейцы Северной Америки, помещены в резервации. Автор знакомит также с современными городами и фермами Австралии, с ее животными и растениями, нигде в мире больше не встречающимися.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кто-то спал, кто-то ел, две женщины вязали, дети играли в прятки среди цветов, влюбленные нежно обнимались, точно они были в лесной глуши, а не в нескольких метрах от заполненного пешеходами тротуара.

— Видимо, в ваших парках нет объявлений «По газонам ходить воспрещается», — заметил я.

— Конечно, нет, — подтвердил Бил. — У нас свободная страна.

Немного погодя он снова остановил машину, теперь у большого здания, в котором помещались всякие учреждения. Я вышел, вышел и тот пассажир, которого занимала погода. По привычке я дал Билу чаевые, но он возмутился.

[3]

В Швеции долго было левостороннее движение. —

Прим. перев

.

— Оставь их себе, приятель. Здесь демократическая страна. Привет!

Он дал газ и влился в поток машин.

— А что, все австралийские таксисты такие, как Бил? — спросил я нового знакомца.

— Конечно. А чему вы так удивляетесь?

Я пробормотал, что впервые приехал сюда, не знаю здешних порядков, попрощался и поскорее вошел в подъезд, над которым висела вывеска: «Отдел уличного движения». Обратился со своей проблемой к первому же служащему, но он счел, что дело слишком сложное, и предложил мне пойти к боссу. Начальник, плечистый мужчина лет шестидесяти, сидел за своим столом без пиджака, в одной рубашке, и пил чай. Только я открыл рот, чтобы объясниться, как он прервал меня, указав жестом на кресло:

— Садитесь. Как раз к утреннему чаю поспели. Вам с сахаром, с молоком?

— С сахаром, без молока, — ответил я, твердо решив отныне перенимать австралийскую простоту нравов, тем более что она пришлась мне по душе.

— С сахаром, без молока! — крикнул босс в полуоткрытую дверь, и тотчас появилась миловидная секретарша, неся стакан горячего чая.

— Слышу по выговору, вы из Европы, — продолжал босс. — Как там дела идут?

— Смотря где, — ответил я. — В некоторых странах…

Но босс, подобно Билу, явно предпочитал рассказывать, а не слушать.

— Я ведь побывал в Европе. Еще во время первой мировой войны. Вы знаете, конечно, что мы, австралийцы, помогли выиграть войну. Да, вот это жизнь была…

И он принялся со всеми подробностями описывать, как проводил отпуск в одном французском городишке. Я внимательно выслушал все до конца, после чего очень вежливо и скромно напомнил ему о своем деле.

— Ага, значит, вам нужно разрешение пользоваться в Южной Австралии машиной с левосторонним управлением.

— Простите, не только в Южной — во всей Австралии.

— К сожалению, — сказал босс, — я могу дать разрешение только для Южной Австралии. В каждом штате свои власти.

Достав бланк, он начал заполнять его, а потом спросил:

— У вас есть указатель?

— Указатель?

— Ну да, указатель поворота.

— Конечно, световой сигнал.

— Световые сигналы в Австралии не приняты. Нужно сигналить рукой или — если руль слева — указателем.