ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Бенгт Даниельссон — один из спутников известного норвежского ученого и путешественника Тура Хейердала по его знаменитому плаванию на плоту «Кон-Тики». Автор этой книги на машине объездил южное и восточное побережья Австралии, побывал на севере материка и в его внутренних районах. Даниельссон изучил, правдиво и красочно описал жизнь коренных жителей Австралии, которых осталось немного; они, как и индейцы Северной Америки, помещены в резервации. Автор знакомит также с современными городами и фермами Австралии, с ее животными и растениями, нигде в мире больше не встречающимися.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пожалуй, слово «набросок» подходит лучше всего. Ведь весь город — это десяток административных зданий да несколько дачных поселков, беспорядочно разбросанных на территории, почти равной площади Стокгольма.

Одиночные здания и коттеджи разделены участками почти нетронутой природы, и Канберра может похвастаться тем, что она единственная в мире столица, где чиновники могут собирать грибы по пути домой со службы и стрелять кроликов с балкона или террасы своего дома. В городе есть и пастбища, и луга — вот почему можно между временной резиденцией парламента и недостроенным военным музеем увидеть мирно жующих коров, а между американским посольством и анатомическим институтом — рокочущую молотилку. Кстати, анатомический институт занимается преимущественно вопросами питания и по праву гордится своей этнологической коллекцией.

Надо ли говорить, что временные правительственные здания уродливы. Чтобы увидеть красивый дом, нужно проехать в городок дипломатов. Здесь особенно выделяется простое и изящное белое двухэтажное строение шведской миссии, получившее недавно премию австралийских архитекторов. Наряду с домом американского посла это единственный во всей Канберре жилой дом с отоплением.

Но что в Канберре может вызвать только одобрение — это парки, аллеи, клумбы. Гриффин и его помощники посадили два миллиона деревьев всевозможных видов, и они успели основательно подрасти. Те чиновники, которым удалось обзавестись коттеджами, последовали примеру главного садовода и окружили свои дома деревьями и кустарниками, которые цветут круглый год. Но ориентироваться среди этой зелени довольно сложно, тем более что аллеи извиваются согласно замыслу Гриффина. Когда (вернее, если) город наконец достроят, найти дорогу в нем будет не труднее, чем, скажем, в Вашингтоне или Париже. Но пока нет приметных зданий, которые могли бы служить надежными ориентирами, здесь проще простого запутаться.

Да и постоянно забываешь, что в Канберре прямая не кратчайший путь между двумя точками. Наметишь себе цель вдали, смело двинешься к ней — ан нет, тебя ждет невообразимый лабиринт, и ты выезжаешь в поле. Ведь многие аллеи настолько схожи между собой, что различить их невозможно. В Канберре любят рассказывать историю о незадачливом сиднейце, который, покружив до одурения в одном из самых запутанных лабиринтов, где единственный ориентир — статуя Роберта Бернса, вернулся в отель, потрясенный тем, как много в городе памятников великому шотландскому поэту!

Страница австралийской истории

1606–1699 — Голландские и английские мореплаватели высаживаются на западном, северном и южном побережьях континента.

1770 — Кук открывает и наносит на карту восточный берег Австралии.