ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

- Ты как здесь оказался? - Стреляли... Оружейник Андрей Уланов - Ты как здесь оказался? - Стреляли... Андрей Уланов Оружейник Глава 1 С благодарностью Олегу Гробштейну и Борису Михайлову, Александру Москальцу. Тварь притаилась в темноте. Огромная клыкастая зверюга… а еще хитрая, можно даже сказать умная. Тварь чуяла добычу и я знал, что у меня будет лишь один единственный выстрел. — Ма-ртин! Крик, нет, рев прокатился по складу словно взрывная волна, отражаясь от стен и жестяных коробок. На потолке зазмеились искры, затем лениво начали разгораться три пожелтевшие лампы. Бах! Выстрелил я навскидку, почти не целясь, хотя и это было уже почти безнадежным делом. Проклятая тварь уже почти скрылась между ящиками. Она была больше, чем я думал и двигалась быстрее, но пуля "вудсмана" все же настигла её… оставив мне в качестве охотничьего трофея примерно полтора сантиметра тонкого розового хвоста. — Свен! Какого черта?! — О, простите, что прервал ваше сафари, мистер президент! — стоявший в проеме Свен даже изобразил нечто вроде поклона, умудрившись при этом разминуться своей белобрысой макушкой с краем люка. Истинное чудо, учитывая его шесть-с-полтиной футов. — Но я верю, вы еще украсите шкурой этого зверя пол вашей каюты. Мартин, ну в самом деле… далась тебе эта крыса. — Она сгрызла мой последний кусок лучинской колбасы, — мрачно произнес я. — Такое не прощают… — В смысле, спасла твой живот от лишнего сала? — фыркнул Свен. — Ну да, смертный грех. В следующий раз возьми винтовку с оптик

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А вот что в Страсбурге не очень удобно — все эти тряпошники не заканчиваются четко и резко, а плавно перетекают из лопат и кобур в штыки с палашами, а там уже начинают разбавляться и огнестрельным. Вот и приходится идти, глазеть, останавливаться, убеждаться, что ничего хорошего и нужного из потрепанной кобуры не торчит и так далее. Да и прихваченное с лотка пиво все же горчило чуть больше, чем стоило бы… вроде и сорт знакомый и прежде нравилось, но вот сегодня — не то. Причем "неправильный" вкус остался и когда бутылка закончилась, а чем перебить, по дороге как-то не попадалось. Одна надежда — дойти до ребят из Брно и за кружкой темного крушовице выслушать их жалобы на конкурентов из Zbrojovka Praga и Jihočeská.

Уже почти смирившись с мыслью, что сегодняшнее утро не задалось, я свернул в проход между рядами, чтобы срезать кусок пути к нашей палатке и тут-то краем глаза увидел "блеск жемчужины".

По моему личному каталогу это была типичная "лавка старьевщика". Даже стола нет, просто на небрежно сколоченном щите справа были развешаны в кобурах и просто так пистолеты с револьверами, под ними на куске брезента сиротливо лежало тело "виккерса", ну а слева в три ряда выстроились магазинки, кое-как рассортированные по степени сохранности. Один, два и три франка соответственно. Продавец восседал посреди этого развала на прогнувшемся стуле и, кажется, пытался задремать — по крайней мере, соломенное канотье он сдвинул на нос и ползающую по нему осу согнать не пытался. Обычно такие вот себе-на-уме дедули свозят на ярмарки довольно однообразный хлам, наменяный в деревнях, а осело там ох как немало. Городскому жителю вообще сложно представить, до какой степени этот "глубинный народ" фантастически и фанатически запаслив. Помню, случилась у нашего интернационального батальона одна история с "трехдюймовкой", когда местные кулаки часовых подпоили…

— Чегось купить хотели или так смотрите?

— Так, купить… — я взялся за крайнюю в "двухфранковом" ряду винтовку. Французский "лебель", явно успел в земле полежать, но недолго…

— Пять штук возьму.

— Десять гульденов.

— А скидка за опт?

Монету я достал заранее, выбрав из нескольких самую новую и теперь серебряный кружок словно бы сам по себе принялся кататься вокруг пальцев. Золото, конечно, было бы еще эффектнее, но куда старому хрену золото?! Тем более, десяток у меня нет, а двадцать приличных стволов у него и не набрать.

— Да я…

Торговаться дед любил и умел. Наверное. Будь у меня времени побольше, я бы просто напустил на него Китайца, вот уж кто готов спорить за каждый сантим "

пока воды священной Янцзы не потекут вспять

". Однажды он сбил так изначальный ценник в тринадцать раз, а пять-семь считал так себе результатом.