ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Долгожданное продолжение трилогии «Золотые земли» от Ульяны Черкасовой! Первая книга цикла «Сокол и Ворон» завоевала любовь читателей. Тёмное эпическое фэнтези со славянским колоритом покорило аудиторию. Дара, Милош, Вячко и Ежи вновь готовы взглянуть судьбе в лицо… А в Золотых землях наступает зима. Расширяем географию: карты на форзаце будут охватывать все большую территорию Золотых земель. Богиня-пряха сплетает нити судеб в тугой узел. Одна нить – для лесной ведьмы, отвергающей свою судьбу. В городе без чар Даре так же опасно, как и в Великом лесу, но это единственное место, где она может укрыться от древних богов. Вторая нить – для чародея, который пытается судьбу обмануть. Милош одержим желанием мести, но ненависть разрушает его самого. Третья нить – для княжича, который своей судьбы боится. Потеряв любимую, Вячко пытается найти новую цель в жизни, но, возможно, она всегда была ему известна. Четвертая нить – для слуги, который судьбе повинуется. И именно его, Ежи, боги выбрали, чтобы раскрыть тайны, которые таит Совиная башня. Колесо прялки делает оборот, богиня-пряха крепко держит нити. Любую из них она может легко оборвать. Колесо прялки делает оборот за оборотом, богиня-пряха крепко держит нити. Любую из них она может легко оборвать. Эпический размах тёмного фэнтези, по достоинству оцененный Натальей О'Шей (Хелависа), лидером группы «Мельница», не оставит равнодушными: «Вторая часть "Золотых земель" превосходно раскрывает сюжетные арки, заложенные в первой, и ставит перед читателем новые загадки. Сказка становится всё темнее, а персонажи растут. Отсылки к фольклорным тропам радуют сердце филолога – чего стоит задача избавить от жажды кого-то, прикованного цепями в колдовском подземелье. Читаем внимательно, переживаем за героев и, конечно, ждём продолжения».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вячко поспешил обогнуть дядьку и ряженого, протиснулся через толпу, ушёл с дороги чуть в сторону, где было меньше людей.

Напряжённый, он вглядывался вперёд, точно надеялся разглядеть Ярополка сквозь толпу. Что должно было произойти? Кто угрожал брату? И отцу… Аука упомянул отца. И самого Вячко.

Свист, удар. Шею обожгло. Вячко закричал и даже не успел ничего понять, как оказался на земле. Меч выпал из рук. С лица слетела маска.

Вячко схватился руками за удавку на шее, но только прожёг рукавицу. Петля оказалась соткана из огня, нельзя было её взять обычному человеку.

Завизжали люди, разбегаясь в стороны. Яростный рёв оборвал испуганные крики. Горыня выхватил нож. Вячко не мог ничего увидеть, но услышал, как ударила со звоном сталь. Рукой он потянулся к мечу, перевернулся на живот, прополз по земле. В глазах потемнело.

Наконец петля ослабла, и Вячко вздохнул свободно. Кожу на шее жгло, и из горла вырывались хрипы. Но Вячко заставил себя встать, забыть хоть на короткий миг о боли. Он поднял меч с земли.

Вокруг стало безлюдно. Народ толпился в стороне, наблюдал с безопасного расстояния.

Возле костра бились двое: Горыня с коротким ножом и юркий колдун в маске с нарисованной улыбающейся мордой. Безоружный, он стрелял заклятиями стремительно, точно стрелами из лука.

Колдун взмахнул руками, и ближайший костёр потух, повалил чёрный дым от головёшек, а пламя метнулось на Горыню, накрыло с головой, словно одеяло. Дядька заревел медведем и скинул шубу, упал на снег, пытаясь стряхнуть огонь.

Вячко шатался, голова кружилась. Он прыгнул вперёд, чуть не споткнулся о собственный меч, слишком тяжёлый в ослабевших руках. Колдун заметил его и кинулся прочь, Вячко за ним.

До следующего костра наперегонки. Быстрее, быстрее, только бы дотянуться клинком. Колдун оказался проворнее. Он зачерпнул огонь, точно ком снега бросил его в Вячко, и княжич взмахнул мечом.

Он отбился по привычке, как отбился бы от любого оружия, сам зажмурившись от страха перед неминуемой гибелью. Против огня клинок не мог спасти. Не мог и всё же спас.

Огонь натолкнулся на княжеский меч и кинулся назад, на чародея, а Вячко – следом, тело двигалось быстрее мысли. Колдун замешкался, лишь на мгновение оторопел, но клинок уже вошёл ему в грудь, жадно напиваясь кровью.

Княжич обернулся назад, чтоб убедиться, что дядька жив. Над Горыней уже хлопотала Неждана, шептала что-то, и ожоги на руках и лице его заживали.

Вячко склонился над колдуном, разглядывая кривую улыбку на берестяной маске, стянул её, чтобы увидеть смуглое лицо с раскосыми глазами и клеймо на лбу. Знак Дузукалана. За ними пришли рабы-чародеи из вольных городов.

– Неждана! – позвал Вячко, и голос вырвался хриплым кашлем из горла. – Найди моего брата.