ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ник находит меня глазами, приближается. Видит картину маслом: Михаила, по-прежнему стоящего в коленопреклонённой позе с протянутой рукой, которая от напряжения начинает мелко дрожать. И дальше творит такое… Этот несносный тип… встает рядом с Михаилом, тоже протягивает мне коробочку (только не синюю, а красную) и говорит: — Лена, и я предлагаю тебе руку и сердце! Сердца трёх Лана Алвин Ник находит меня глазами, приближается. Видит картину маслом: Михаила, по-прежнему стоящего в коленопреклонённой позе с протянутой рукой, которая от напряжения начинает мелко дрожать. И дальше творит такое… Этот несносный тип… встает рядом с Михаилом, тоже протягивает мне коробочку (только не синюю, а красную) и говорит: — Лена, и я предлагаю тебе руку и сердце! Сердца трёх Глава 1 — Скорее! Скорее! Все! Хватайтесь за что-нибудь и крепко держитесь изо всех сил! Мы смотрим на капитана яхты. Тот, несмотря на смуглую кожу (он испанец, жгучий брюнет), бледен. — Что такое? Что случилось?! — слышатся разрозненные голоса. — Цунами! Мы только что получили предупреждение по рации! Скорее! Надевайте спасательные жилеты и держитесь! Прибегают два матроса. У каждого по охапке каких-то оранжевых штук. Объясняют: это жилеты. Нам быстро показывают: их надо сначала развернуть, затем надеть, продев руки в отверстия и застегнуть на груди. Затем дёрнуть вот за эту пимпочку с верёвочкой, и тогда спасательное устройство само надуется. После каждому суют в руки по жилету, и я старательно напяливаю его на себя. Как же

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Правда, она у него мокрая от пота, но зато красиво облепила рельефные мышцы. Приятно смотреть и чувствовать: рядом с таким красавцем мне ничего не угрожает. Если вдруг навстречу выскочит тигр, то Ник с ним справится. Не знаю, кто тут водится, конечно.

Потом нам приходится забираться на скальную гряду. Невысокую, метров двадцать всего. Но трудно, когда без альпинистского снаряжения. Ник лезет наверх, подаёт мне руку, я отталкиваюсь и стараюсь не отставать. Не хочу, чтобы он думал обо мне, как о неженке и трусихе. Может, это и правда. Но какая девушка захочет её слушать?

Наше путешествие заканчивается неожиданно. Мы выходим на пляж, почти такой же, как тот, где я оказалась на острове (хотя, может, это и не остров вовсе, пока неизвестно). Картина, что предстает перед нами, очень печальная: сильно накренившись на правый борт, наполовину выброшенная на берег, лежит когда-то красивая яхта «Изабелла».

Теперь она похожа на игрушку, которая досталась очень плохому ребенку. Тот её бил, кусал, швырял и пытался разломать. Потом бросил и пошёл искать себе другую. Яхта, а вернее то, что от неё осталось, выглядело печально. Почти ни одного целого окна или иллюминатора. Все снасти оборваны и висят, ограждение погнуто, якорей нет — только обрывки цепей виднеются.

— Как же сильно тебе досталось, девочка, — говорит Ник. В его голосе столько печали! Но меня слово «девочка» задевает. Почему он так называет эту яхту? Словно она его собственная.

— Может быть, там кто-то остался в живых? — подаю голос надежды.

Ник не отвечает. Идёт к судну, примеряется, где удобнее забраться. Даже самая низкая точка высоко: метра четыре. Оценив обстановку, он идет к зарослям. Находит там лиану, сворачивает в круг. Возвращается к яхте. Делает петлю и забрасывает наверх. Там импровизированное лассо обвивается вокруг какой-то железяки. Ник дёргает, проверяя, выдержит ли. Затем поднимается наверх.

Я стою внизу. Мне ужасно хочется туда, к нему. Но как? Я не умею по канатам подниматься. По лианам тоже — все ладони изрежу. Видя мой зовущий взгляд, Ник подтягивает лиану. Затем сбрасывает мне один конец:

— Обвяжите вокруг талии.

Выполняю приказ, берусь покрепче. Ник, упираясь ногами, поднимает меня. Кажется, ему это довольно легко. Во мне всего 50 кг. Было до поездки, теперь наверное меньше. На одних бананах и кокосах не растолстеешь.

Осторожно ступая, чтобы не удариться и не поскользнуться, обходим яхту. Ни снаружи, ни внутри никого не оказывается. Зато мне удается забраться в ту маленькую каюту, где мы переодевались с Надей. И — настоящее чудо! — нахожу рюкзак со своими вещами. Боже какое счастье! Я наконец-то могу снять опостылевший купальник, надеть нормальное нижнее белье. Верхнюю одежду не переодеваю: в таком виде лучше лазать по джунглям, чем в платье.