ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я могу преодолеть снежную пустыню. Выжить в самых тяжелых условиях. Победить и подчинить себе монстра. Я рождена для этого. Это моя служба. Единственное, чему меня не учили - любить. Любовь не поможет егерю выжить, она бесполезна и даже опасна. Но что делать, если я все-таки не смогла от нее сбежать? Снег Евгения Савас Я могу преодолеть снежную пустыню. Выжить в самых тяжелых условиях. Победить и подчинить себе монстра. Я рождена для этого. Это моя служба. Единственное, чему меня не учили - любить. Любовь не поможет егерю выжить, она бесполезна и даже опасна. Но что делать, если я все-таки не смогла от нее сбежать? Евгения Савас Цикл "Королевская фельдъегерская служба". Книга 1 Снег Пролог Меня зовут Эмма Вандерсен. Мой нынешний чин - юлкерсант. Я егерь королевской фельдъегерской службы. Мне 18 лет. На службе я с самого рождения. Непосредственно к службе я приступила всего полтора года назад. Чем я занималась до этого? Ничем особенным. Готовилась к службе. Быть егерем несложно. Вся наша жизнь расписана по часам. Все наши действия подчиняются инструкции. Вся наша жизнь - это служба. На моей личной лычке четыре полосы. На левом запястье, с внутренней стороны, у каждого егеря знак нашей службы. Птица в круге. После того как твоя служба начинается, каждый десятый заход отмечается полосой. Как лучи вокруг солнца. У егеря не может быть личных вещей. Все что нам необходимо - общее. Одежда, еда, казармы, где мы ждем и готовимся к маршруту. Поэтому полосы выбиты на моём теле. Это един

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За когти шипшипы и получили свое название, точнее, за тот звук, что получается, когда шипшип идет по насту. Гибкое животное. Чуть больше метра в холке. Когти позволяют им легко перемещаться и по льду, и по насту, и взбираться на ледяные глыбы. Но на излом они довольно хрупки, это не дает им застревать, просто обламываясь. А растут они очень быстро. И для атаки прекрасно подходят - острые как бритвы.

- Странный материал, - доктор крутил обломок длиной в пару сантиметров, рассматривая с разных сторон. - Похоже на твердый пластик, но слоистый...

Где-то за пределами моего зрения, едва слышно зашипела открывающаяся дверь.

- Эйнар? Ты закончил?

- Кайс! Зачем ты пришел? - доктор положил обломок и обернулся.

Жаль, левая рука совсем перестала слушаться. Забрать, и спрятать кусочек когтя сейчас было бы очень кстати.

- Я принес сумку, - услышала я.

- Это замечательно, - хмыкнул доктор. - Но вряд ли она понадобится прямо во время операции.

- Значит, все так плохо? Ты долго.

Доктор, которого звали Эйнар, повернулся ко мне и почему-то усмехнулся. Потом подвинулся так, чтобы мне было видно дверь, в которой стоял тот парень со светлыми волосами - Кайс.

Увидев, что я смотрю на него, он почему-то смутился и, больше ничего не сказав, вышел.

- Продолжим, - доктор снова наклонился к моей ране.

Дальнейшая обработка не заняла много времени. Все, что требовалось - нанести гель внутрь и закрепить искусственной кожей сверху. Я бы и сама справилась, но решила, что доктор не позволит мне сделать это самой.

- Нужно еще осмотреть ваши рёбра, - неожиданно сказал он, продолжая заниматься рукой, и посмотрел на мой левый бок.

Рёбра? Зачем это ему? Не заметила, чтобы с ними что-то было не так. Хотя... Я вспомнила, что действительно упала сегодня утром. Рука ныла и плохо двигалась, я не удержала равновесие и скатилась с глыбы, через которую перебиралась. Стараясь беречь раненую руку, я приложилась боком об острый край уже внизу, и довольно чувствительно. Вряд ли там что-то серьезное. Возможно кровоподтек. Не будет же он его лечить? Или будет? Как все сложно!

- Ну, вот и все, - врач выпрямился и улыбнулся мне. - Теперь давайте посмотрим ваш бок.

Ничего не поделать, придется подчиниться. Пока он отвернулся, перебирая свои инструменты, я села и расстегнула комбинезон до пояса. Но когда стянула его с правого плеча, он вдруг воскликнул:

- Что вы делаете?!

Я недоуменно посмотрела на него через плечо. Он смотрел на меня, когда я обернулась, но тут же отвел глаза. Что происходит? Что я сделала не так? Разве ему не удобнее будет осматривать меня, когда я разденусь? Сидеть, вытянув ноги, было очень неудобно, и я подтянула колени.

- Раздеваюсь, - на всякий случай пояснила я. - Вы сказали, что хотите осмотреть мой бок.

- Да... Да, конечно. Извините, - он так резко опустил монитор, что даже ойкнул.