ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он ворвался в мою жизнь, словно смерч, снося всё на своём пути. Ломая то, что я с таким трудом строила. Я не хочу чувствовать к нему ничего, кроме ненависти и злости. Не хочу! Не могу! Нельзя! Но, чем дальше я бегу от него, тем ближе он оказывается. Снова и снова доказывая мне, что разум над сердцем не властен. Близость Полина Довлатова Он ворвался в мою жизнь, словно смерч, снося всё на своём пути. Ломая то, что я с таким трудом строила. Я не хочу чувствовать к нему ничего, кроме ненависти и злости. Не хочу! Не могу! Нельзя! Но, чем дальше я бегу от него, тем ближе он оказывается. Снова и снова доказывая мне, что разум над сердцем не властен. Близость Пролог - Качай сильнее, Андрюша, я не испугаюсь! - весело кричала маленькая девочка, дрыгая ногами в воздухе и нетерпеливо ёрзая на кочелях. - Котёнок, не дёргаяся так, а то свалишься. - хмурился парень лет четырнадцати, но всё же, повинуясь просьбе младшей сестры, толкал качель сильнее. - Даже если буду падать, ты обязательно меня поймаешь. - смеялась девочка, ритмично двигая корпусом и ногами, помогая брату быстрее раскачать качель. - С чего такая уверенность? - Потому что знаю. Ты никогда не позволишь мне упасть. ВТОРОЙ ТОМ НАЗЫВАЕТСЯ БЛИЗОСТЬ ПЕРЕХОДЯ ЧЕРТУ. ИСКАТЬ В ИНТЕРНЕТЕ ЧЕРЕЗ ПОИСК ПО НАЗВАНИЮ! Предупреждение от автора! Обязательно к прочтению! Девочки, герои романа НЕ ЯВЛЯЮТСЯ КРОВНЫМИ РОДСТВЕННИКАМИ. Вообще никаким боком. Инцеста в книге НЕТ. Все постельные сцены между ними будут происходить только после того, как

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тут же проклинаю себя за витавшие минуту назад в голове мысли о нежелании брать на себя ответственность. Чёртов ублюдок. Благодари бога, или хрен знает кого, за то что сестра вообще осталась жива.

Окидываю её внимательным взглядом. Она такая маленькая и хрупкая. Взор падает на стройные ножки, облачённые в джинсовые шорты, поднимается к осиной талии, переходит на небольшую аккуратную девичью грудь, следует дальше к ключицам и лебединой шее, по ней вверх к пухлым губам и останавливается на серо-голубых глазах, сердито на меня взирающих.

- Закончил осматривать? - грубо спрашивает сестра, прислонивших к дверному косяку, и скрестив руки на груди.

Оставляю вопрос без ответа, и указываю ей на место за столом, куда она послушно усаживается, пока я раскладываю по тарелкам жаркое.

- А где твоя семья? Они не будут с нами ужинать? - всё тем же сердитым голосом спрашивает Катя.

Хочу ответить ей, что единственный член моей семьи сейчас сидит напротив и испепеляет взглядом, но отвечаю только короткое:

- Холост.

- Кто тогда приготовил ужин? Ой, вот только не говори, что сам - ехидничает девчёнка, чем вызывает во мне волну воспоминаний о нашем с ней прошлом. Исключительно о хороших его моментах, когда мы с Катей были вдвоём, она маленькая и беззащитная сидела у меня на плечах и вот также ехидничала и смеялась. Эти картинки вызывают теплоту - давно забытое мной чувство, растекающееся где-то в груди и незаметно охватывающее всего меня целиком. Смотрю на неё, на её широко распахнутые глаза, на повзрослевшее, но всё же до боли знакомое родное лицо, и все страхи о неожиданно нахлынувшей ответственности испаряются, уступая место обсолютной радости от того, что она снова со мной, рядом, что могу видеть её, слышать, пусть даже она язвит, сердится, пусть ненавидит меня сейчас, я это исправлю со временем. Главное, что мы снова вместе и это кажется таким правильным, что другого исхода событий не могу себе даже представить.

- Нет, не сам - выхожу из своих размышлений, вспоминая о её вопросе. - Мария Ивановна приготовила.

- Что за Мария Ивановна? - непонимающе смотри на меня своими невинными глазами, вновь вызывая приступ умиления.

- Домработница. Приходит три раза в неделю, готовит и убирается. Хватит расспросов, нужно поесть - напоминаю сестре, пододвигая ближе тарелку.

Катя мнётся, судя по выражению лица, хочет ещё что-то съязвить, но чувство голода побеждает и она всё же берёт в руки вилку.

Ужин протекает в обсолютной тишине. Кажется что воздух вокруг нас наэлектризован, накалён до предела, настолько, что скоро ото всюду начнут сыпать искры взаимного напряжения. Катя немигающими взглядом смотрит куда-то сквозь пространство, сосредоточенно пережёвывая еду.