Шторм может дать мне немного дополнительного времени с ним, но что потом? Я стону от этой мысли, так похожей на те, что не давали мне уснуть прошлой ночью.
Что теперь, Анджела?
Что теперь?
Сегодня вечером мы расписываемся на пунктирной линии. Мы ужинаем с моей семьей, а потом… Что?
Конечно, у Гарретта есть жизнь, к которой нужно вернуться, но как насчет меня? Насчет нас? Неужели это конец?
Я издеваюсь. Конец чего именно?
Отношений, которые он был супер ясно дал понять, что не хотел?
Часть меня боится того, что грядет. Встреча. Ужин. Гарретт уходит.
Я не готова отказаться от него.
Лучший человек поговорил бы с ним об этом прошлой ночью. Объяснил, о чем я думала. Как я чувствовала. Но нет. Не я. Я убежала быстрее, чем вы можете сказать: «Так что нам делать дальше?»
Тьфу!
Кто я сейчас?
Анджела Хаттон не убегает от трудностей. Она опускает голову и делает то, что нужно сделать.
Конец.
Налив себе чашку кофе, я прохожу в гостиную, что мгновенно приводит Гарретта в разум. Его рука на моей голове, когда я взяла его глубоко в рот. Шелковистое тепло его члена на моем языке. То, что я почувствовала, когда он поднял меня на ноги, наклонил над диваном и…
Нет. Гостиная — это не то место, где нужно быть.
Я оборачиваюсь лицом и направляюсь к веранде. Я буду смотреть, как шторм волнует океан, как пальмы трепещут на ветру. Я буду считать вспышки молний и гадать, сколько пройдет времени, прежде чем я услышу гром.
Быть с Гарреттом что-то делает со мной. Я… слабее. Более уязвимая. Я думаю своими гормонами, а не головой, и если я права… если у меня действительно есть к нему чувства, тогда мне нужно поговорить с ним об этом. Он заслуживает знать, что происходит, а я заслуживаю шанса сказать правду и посмотреть, что произойдет.
Я борюсь с желанием позвонить Нику. Мало того, что меня всегда смущает часовой пояс — я понятия не имею, на работе он или крепко спит прямо сейчас, — но я не хочу признаваться ему, насколько ужасно я себя веду. Он такой хороший. Такой искренний. Он один из лучших людей, которых я знаю, и если я расскажу ему эту историю, он разочаруется во мне. Он скажет мне перестать быть идиоткой, выкинуть все мысли о Гарретте Купере из головы и собраться с мыслями. Он скажет мне забыть о сумасшествии между нами и сосредоточиться на текущей работе.
И он будет прав.
Я просто не думаю, что смогу это сделать.
Отговорив себя от редкого плохого настроения, я беру корм для котенка и выхожу на улицу. Флафф запрыгивает на крыльцо, в то время как Оранж убегает, только чтобы передумать и вернуться.
— Погода будет плохой в ближайшие пару дней, — говорю я, когда корм с грохотом сыпется в миски.
Конечно, им есть куда пойти. Они в основном дикие животные, и поэтому лучше приспособлены справиться с такого рода вещами, чем я когда-либо буду.






