ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он не должен был целовать меня. И мне это не должно было нравиться. Гаррет Купер — ворчливый, властный, грубый. Мы должны работать вместе, чтобы спасти отель моей семьи, но каждый раз, когда мы находимся в одной комнате, летят искры. И это не хорошо. Между нами начинаются тяжелые отношения, и это на мне… частично. Что-то связанное с его унижением после слишком большого количества коктейлей и с тем, что он слишком далеко запустил свою сварливую удачу. В свою защиту скажу, я не знала, кем он был в то время, но вам лучше поверить, что он ушел, зная, кто я такая. На следующее утро он врывается на нашу деловую встречу, ухмыляясь, как злодей Бонда, и ставит меня в неловкое положение перед отцом и дядей. Я ненавижу его за это. Даже больше, чем я ненавижу его за то, что он необъяснимо красив снаружи и абсолютно ненавистен внутри. Высокий, темный и злой никогда не был моим.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда твои банковские счета выглядят как мои, кого это, черт возьми, волнует?

Я качаю головой.

Мне не все равно. Я не хочу быть в штате, вдали от Анджелы. Я не хочу садиться в самолет, чтобы увидеть ее.

Я хочу, чтобы она была в моей постели. В моих руках. Все время.

Посмотрите на это. Я потерял свой Дзен.

Низкий раскат грома подтверждает то, что я уже знаю. Пришло время зайти внутрь перед бурей.

Я встаю и иду, прежде чем понимаю, куда иду, мои шлепанцы в одной руке, в то время как мои ноги скользят и скользят по пляжу. Я стряхиваю песок, поднимаясь на задний дворик отеля, затем надеваю сандалии и захожу внутрь.

От знакомого смеха у меня сводит зубы. Мои кулаки сжимаются. Молния освещает небу путь, адреналин зажигает мое тело. Зазубренная вспышка. Прилив энергии.

Я сворачиваю за угол, и вот он.

Джордан, блядь, Клемент. Стоял слишком близко к Анджеле. Его рука на ее руке. Ее улыбка такая милая в то время как он преступник, и я не могу выносить то, как он смотрит на нее. На ней красные туфли на каблуках, накрашена губная помада. Я знаю, что они для меня, но он единственный, кто наслаждается ими. Ее волосы растрепаны, а глаза загораются, когда она видит меня, но тут же замирают, когда она понимает выражение моего лица.

— Какого черта ты здесь делаешь? — Я рычу на мудака, который не перестает пялиться на моего Ангела.

Джордан поворачивается с ухмылкой, его ответ умирает на его губах, когда он сканирует мое тело и возвращается к моему лицу.

— Что, черт возьми, на тебе надето? — Он фыркает от смеха. — Это та сторона Гаррета Купера, о существовании которой я и не подозревал. Это… — Он качает головой, все еще смеясь, и поворачивается к Анджеле, как будто она понимает шутку. — Это бесценно, не так ли?

Джордан одет безупречно, как обычно. Его рубашка накрахмаленная, дорогая. Его брюки отутюжены, подол сидит на нужной высоте, чтобы показать туфли, которые стоили месячного дохода моего отца. Его светлые волосы падают на глаза, и он встряхивает ими. Ублюдок тратит целое состояние на продукты и стилистов и клянется, что это его секретное оружие в отношении женщин.

Они никогда не предвидят, что ты придешь, когда у тебя великолепные волосы.

Я смеялся, когда он это говорил.

Пристальный взгляд Анджелы перебегает с Джордана на меня.

— Мне нравятся его шорты. Утята — это весело.

Ее голос сладкий. Умиротворяющий. Как будто она может вернуть нас в нужное русло, просто улыбнувшись и сказав вежливые слова.

Если бы она только знала.

— Почему ты здесь, Джордан?

— По той же причине, что и ты. — Его взгляд скользит к груди Анджелы и обратно.

Как будто он знает. Как будто он знает, и он делает это нарочно, и я встаю между ними.

— Брэнсон дал мне сорок восемь часов, и, насколько я знаю, осталось двадцать четыре, чтобы заключить сделку.

Джордан морщится.