ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мой дом полная чаша. Любимый муж, прекрасная дочка. Но все рушит появление бывшей жены, которая считалась умершей. А вместе с ней в дом вошел мальчик, уверенный, что он настоящий сын моего мужа. Его законный наследник. *** — Там женщина и мальчик без приглашения. Он так странно смотрел, что его страх начал невольно перетекать в меня. Что происходит? — Ну так в шею их гони, — заявил муж, за что получил мой укоризненный взгляд, но я не тот человек, который может его переубедить, если конечно дела не касались спальни. Я просто рядом. Всегда готова поддержать. — Я бы с радостью, но думаю вам надо знать. Она утверждает, что мальчик ваш сын.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Как вчерашняя экскурсия? — пинаю я его носком балетки, на что Борис глотает кашу и поворачивается ко мне с улыбкой, мелькнувшей разве что в уголках губ.

— Эффективно.

Хочу ответить нечто язвительное, ведь это слово муж любил говорить, когда я спрашивала насчет давления, которое он на меня оказывает, но тут я краем уха слышу всхлип. Это Мира ноет и стирает слезы.

— В чем дело? — спрашивает Борис.

— Ты выглядишь как обычно. А у меня день рождение.

— Не важно, как выгляжу я, главное, что мои девочки будут самыми красивыми.

— Мы и так самые красивые, — убежденно фыркает Мира, на что мы с Борисом невольно прыскаем со смеху. — Но неужели ты не хочешь порадовать меня и пойти на крошечную уступку?

— Хочешь в клоуна меня нарядить? Не выйдет.

Мира жует губу, а потом распахивает глаза, словно загорелась какой-то безумной идей. И тут же слезает со стула. Уносится прочь и на мои крики стой не реагирует.

— Нина, — привлек Борис мое внимание, и я вижу, как и он размазывает кашу по тарелке. Ровно такими же кругами. — Напомни, почему мы должны есть эту парашу?

— Это полезно и заряжает…

— Маша! — наша экономка, испуганно улыбаясь, вылетает из кухни. — Сегодня в девять в моей спальне должен быть нормальный мясной ужин. Девочки в доме всего два дня, а я уже чувствую себя коровой.

— Но ваш холестерин.

— Мясо. В девять, а то уволю.

Маша схватилась за сердце и посмотрела на меня, но я наклоняю голову, давая понять, что и Борис способен шутить.

Он доедает кашу, запивает крепким кофе и встает, чтобы наверняка съездить перед праздником на завод. Если бы он был женщиной, я бы очень к ней ревновала. Для Бориса ценнее завода только я и Мира. Последняя, кстати, тормозит мужа и заставляет его приседать на корточки, а потом вкладывает в нагрудный карман мягкого единорожку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Издеваешься?

— Ну, папочка… — хлопает она глазками, и Борис сдается. — С другой стороны, если я умру, тебе больше не придется мучиться.

Я даже костенею от такого заявления, но Борис не теряется. Поднимает малышку на руки и, заглядывая в глаза, произносит грубо:

— Ты не умрешь.

— Я тебе верю, — кивает она и крепко обнимает отца, а затем дает ему уйти работать, а сама бежит ко мне. — Пойдем! Посмотрим, как надувают батуты!

Глава 4

Гостей еще нет, а дом заполнился под завязку.

Мы с Мирой ходили от аттракциона к аттракциону, выясняя названия и стараясь особо не мешать тем, кто их устанавливал. Но в Мире было столько энергии, яркая, широкая улыбка и неуемное любопытство, что она так или иначе отвлекала сотрудников Новосибирской компании с простым названием «Праздник». Задавала вопросы. Предлагала помочь.