Тогда почему она живая и здоровая шла сюда. А люди вокруг словно не замечали ее. Не замечали мальчика, что шаркал рядом.
Да и это неудивительно. Они выглядели, как и другие гости. Прилично одетая женщина в длинном светлом наряде и мальчик в маленьком смокинге.
Мне даже глаза пришлось протереть. Он был старше Миры. Глаз я не увидела, но видела густую шапку темно русых волос. Я еле удержалась, чтобы не закричать; «Вон из моего дома!», когда эта небольшая делегация подошла ко мне.
Глава 5
— Здравствуй, — протянула руку блондинка, а я перевела взгляд на Бориса.
Мне нужны ответы. Мне нужен хоть знак, что эта женщина не принесет разлад в мой дом.
— Нина, познакомься, эта моя дальняя родственница Элеонора и ее сын.
Я поворачиваю голову на сверх милое лицо бывшей жены и, сдерживая негатив, с улыбкой протянула руку ответ. Надо успокоиться и узнать о ней побольше, прежде чем закатывать истерики.
— Ярослав, поприветствуй хозяйку дома, Нину Леонидовну.
— Добрый день.
Меня пронзил взглядом маленький мальчик, и тут мою руку трогает нежная ладошка.
— Мама, это тоже гости?
— Да, — сквозь зубы процедила я. — Это тоже гости.
— Это тебе, Мира. С днем рождения, — протянул Ярослав пакет, а я снова руку в кулаки собрала, чтобы не отбить подарок.
У меня стойкое ощущение, что там могут быть только черви. А иначе зачем им портить нам такой праздник? Почему они не объявились вчера! Завтра! Почему в день, который должен стать для Миры идеальным?!
— Спасибо, — Мира вся раскраснелась и достала небольшую коробку, перевязанную лентой. И первую за весь день начала открывать под взглядами взрослых. Остальные подарки мы просто убирали на специально приготовленный стол, чтобы распаковать потом и каждому написать письма с благодарностью, но этим людям "спасибо" говорить желания нет.
В коробке лежала не дорогущая барби, или брендовый пупс, которыми скорее всего забиты остальные коробки, там лежала обычная тряпичная кукла, сделанная своими руками.
Это я увидела по неаккуратно пришитым пуговицам и торчащим ниткам.
Мира в восторге, таких вещей у нее никогда не было. Но меня подобный подарок пугал больше всего произошедшего за эти несколько минут. И кукла меня насторожила. И мальчик этот, такой милый, что тошнит. Даже улыбка Элеоноры, которая поднимает взгляд с немым призывом умилиться деткам.
— Хочешь попрыгать на батутах? — пригласила Мира мальчика, и я резко была против, о чем и выразила всем своим существом, но при этом не посмела бы перечить Борису.
— Пусть идут, охрана за ними присмотрит.
— Борис! — в тревоге прокричала не сдержавшись, на что он только нахмурился, но все равно пошел в дом, а Элеонора с неловкой улыбкой за ним. Дрянь… Просто… — Нина, за ними присмотрят, пойдем.
Меня разрывали противоречия.






