ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мой дом полная чаша. Любимый муж, прекрасная дочка. Но все рушит появление бывшей жены, которая считалась умершей. А вместе с ней в дом вошел мальчик, уверенный, что он настоящий сын моего мужа. Его законный наследник. *** — Там женщина и мальчик без приглашения. Он так странно смотрел, что его страх начал невольно перетекать в меня. Что происходит? — Ну так в шею их гони, — заявил муж, за что получил мой укоризненный взгляд, но я не тот человек, который может его переубедить, если конечно дела не касались спальни. Я просто рядом. Всегда готова поддержать. — Я бы с радостью, но думаю вам надо знать. Она утверждает, что мальчик ваш сын.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всего лишь сделав вид, что принимаешь поражение, и полностью ему подчиниться. Чтобы вскоре он сделал так, как хочешь ты.

Женская мудрость приходит не сразу. Уже не помню, сколько истерик пришлось нам пережить, прежде чем я познала основы счастливой жизни с Борисом.

— О чем?

— День рождения Мирославы должен проходить дома.

— Но постой, — забыла я обо всей мудрости. Это происходит всегда, когда речь идет о дочери. — У нее операция через месяц. Подготовка и наблюдение…

— Могут проходить здесь, и я обо всем договорился.

— Боюсь даже представить, сколько денег ты на это потратил. Насколько это безопасно?

— Врач из США. Один из лучших. Его команда с ним. Будут жить в нашем доме и наблюдать Миру. Потом они же сделают операцию в Новосибирском отделении. Я не позволю, чтобы свой юбилей дочь справляла на больничной койке. Она должна ощущать себя обычным ребенком, а не калекой.

Каждое слово точно в цель, каждое слово сдавило сердце, и вот я уже реву, соглашаясь на все, что скажет Борис.

Он мог быть каким угодно ублюдком. Он ради достижения целей может обманывать и даже убивать, но семья для него на первом месте.

Ради нас с Мирой он свернёт, если надо горы, поэтому мне хочется не просто его отблагодарить или признаться в любви, но и сказать что-то такое, чтобы сделало ему хорошо. Потому что такой мужчина достоит иметь не одного ребенка.

— Знаешь, я подумала, что мы можем пройти репродуктивное лечение или сделать ЭКО. Мне очень хочется родить тебе еще.

— Нина, — неожиданно стал злиться Борис. — Такие вещи надо говорить, когда ты рядом, без одежды. Чтобы я поверил, насколько сильно ты этого хочешь…

Мысль стала тянуться, тянуться, превращаясь в фантазию, и вот я уже мысленно рядом с мужем, раздеваю его после тяжелого рабочего дня, действительно опускаюсь на колени, чтобы сделать приятно. Потому что нет ничего важнее, чем вечерний супружеский ритуал, когда после обсуждения дня можно расслабиться и отдаться инстинктам.

И все эти фантазии, желания, похоть, охватившая тело, сделали голос хриплым, а простым словам: «Я скучаю» подарили совсем другое, более интимное значение.

— Хотел дать вам неделю на сборы, — сказал Борис, и я улыбнулась, стискивая свою грудь, что начала пылать. Совсем скоро я увижу Бориса. — Но даю два дня. Я бы сам за вами приехал…

— Не надо объяснять, — можно подумать, я не знала, насколько важна его работа. — Я очень жду нашей встречи.

Его комбинат обеспечивал всю Сибирь, не говоря уже о России, а город, к которому он прилегал, и вовсе жил за счёт производства.

Большинство мужчин города работали там, а женщины в самом городе. Все всех знали, и это налагало определенную ответственность, но и давало возможность чувствовать себя в безопасности. Наш город, наш комбинат были огромной семьей.