ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сначала мы были друзьями. Затем стали соседями. Сейчас я хочу большего… Что я могу сказать о Чесс Куппер? Эта девушка способна поставить меня на колени. Я узнаю это примерно через пять минут после того, как разделся для нее. Никто не удивлен больше, чем я. Раздражительный фотограф, нанятый нашей командой для съемки благотворительного календаря не мой обычный тип. Она отражает все мои нападки и бросает вызов на каждом шагу. Но когда я с ней, все сожаления и тьма отступают. Она превращает жизнь в радость. Я хочу узнать её, быть рядом. И это плохая идея. Чесс ищет отношений. Я же никогда не давал женщине больше одной ночи. Но когда по воле случая Чесс остается без дома, я делаю ход и предлагаю свой. Теперь мы соседи. Друзья без привелегий. Становится все труднее держать руки подальше друг от друга. И чем дольше мы живем вместе, тем больше я понимаю, что она становится всем для меня. Фокус в том… теперь, когда заставил ее поверить что я худший вариант, как убедить ее дать шанс нашему навсегда?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Проницательный взгляд навеял воспоминания о той первой ночи в «Дыре».

— Таллула Рей Ли.

Я улыбнулась.

— Криденс Джентри.

Я подошла к нему. Прикоснулась к его груди, рукам, лицу. Мы поцеловались с чувством более глубоким, чем страсть, и Крид поднял меня на кровать. Я знала, что Сэйлор и парни тихо отступили, задёрнув вокруг нас занавеску.

— Ты настоящий, — сказала я, пытаясь убедить себя, что он рядом. Он был цел и невредим.

— Да, детка, — простонал он, когда стало очевидно, что раны не настолько серьёзны, чтобы мешать его желаниям. Я положила на него руку и заглушила его стон своим ртом.

— Ты — всё, о чём я думал, — прошептал он между поцелуями. — Я просто хотел заслужить право снова обнять тебя.

Я крепко обхватила его руками, а он уткнулся лицом в мою грудь.

— Что случилось, Крид?

Он медленно поднял голову и вздохнул.

— Всё кончено, — коротко ответил он; затем убрал волосы с моего лица и поцеловал в лоб. — Я не умер, милая.

Я вздрогнула.

— Но

ты

мог погибнуть, верно?

Крид не ответил. Он гладил мои руки вверх-вниз и целовал мою шею.

— Подойди ближе.

Я посмотрела на хлипкую кровать, затем перевела взгляд на занавеску, которая обеспечивала скудное уединение.

— Как?

Крид поднял меня на руки и прижал к своей груди. Он поморщился от боли, когда я случайно задела его колено.

— Сломано?

— Нет. Растяжение связок или что-то в этом роде. Я не знаю. Мне нужно сделать МРТ, чтобы выяснить. — Крид помассировал мне шею и снова коснулся губами моего лба. — Прости, — прошептал он.

— За что, Крид? Я

хочу

быть здесь.

Глаза Крида были такие же голубые, как у братьев, и имели чистый, яркий цвет пустынного неба. Они смотрели на меня с нежностью, которой я никогда не испытывала ни от одного мужчины. Слова давались Криденсу нелегко, и похоже, он тщательно их подбирал.

— Прости, я думал, что проводить в твоей постели каждую ночь — это значит рассказывать тебе все важные вещи. Трули, ты говоришь о своих чувствах и рассказываешь о том, что для тебя важно. Ты не сдерживаешься, и это то, чего я не смог тебе дать. Но клянусь, я постараюсь, — он заключил в ладони моё лицо, — я хочу стать мужчиной, достойным тебя.

Меня охватило ужасное чувство, когда Крид погладил меня по волосам и прошептал слова, которые я ждала услышать всю свою жизнь. Он полагал, что я всегда была честна с ним и во мне нет ничего подлого, ничего не приличного.

— Я родила ребёнка, — прошептала я.

Он поцеловал меня.

— Что, милая?

Я убрала его руки от своего лица и посмотрела прямо в глаза.

— У меня был ребёнок, Криденс. Четыре года назад. Девочка, дочь. Я отдала её, даже ни разу не обняв. — Я накрыла руками живот, как делала это миллион раз до этого. Под моей одеждой виднелся поблёкший шрам в том месте, где её вырвали из моего тела после неудачных родов. Я грустно улыбнулась Криду.