Корд сел на диван рядом со мной. Чейз, будучи Чейзом, в два раза умнее любого из нас, мог понять, — что-то не так. Он наклонился вперёд в кресле и настороженно наблюдал за нами.
Кордеро вытащил что-то из кармана. Это была глянцевая брошюра.
— Я навёл кое-какие справки в больнице. Есть программа для амбулаторных пациентов, пытающихся избавиться от вредной привычки.
Глаза Чейза сузились. Он не собирался позволять нам быть расплывчатыми.
— Что за привычка, Корд?
Я решил выложить всё начистоту.
— Зависимость, — я видел, как Чейз моргнул, а затем съёжился в кресле. Мне пришлось заставить себя продолжить. — У тебя проблема. Мы все это видим. Я бы поставил последний доллар в своём кармане, что ты и сам догадался.
— Без шуток, — мой брат говорил тем же тихим, убийственным голосом, который я слышал в последний раз, когда пытался поговорить с ним.
— Чейз, — не отступал я, — ты думаешь, я не знаю, что ты чувствуешь? Сколько раз ты поднимал меня после того, как я упивался так сильно, что не мог поднять голову?
Чейз закрыл глаза и опустил голову. Я хмыкнул, взял костыли и, прихрамывая, подошёл к нему. Я не собирался оставлять его одного.
— Послушай, — сказал я, — я знаю, каково это — отчаянно пытаться снять напряжение. Но дерьмовая кровь в наших венах не позволяет нам такой роскоши. Ловушка Джентри всегда наготове.
Брат прерывисто выдохнул.
— Я ездил к ней.
— К кому? — спросил Корд.
Чейз поднял голову и посмотрел на нас полными страданий голубыми глазами. — К маме.
— Бля, — выругался Корд, — поэтому ты поехал в Эмблем?
— Я этого не планировал, — мрачно ответил Чейз, — у меня была машина Сэйлор, поэтому я импульсивно пропустил занятия и поехал туда. Ребята, иногда я просто сижу и думаю о том, что всё не может быть так чертовски плохо, как я помню. Я думаю, может быть, я что-то выдумал или преувеличил с течением времени.
— Нет, — резко сказал я, — это было так же плохо, а может быть, даже чертовски хуже.
Чейз выглядел несчастным.
— Знаю.
Корд глубоко вздохнул.
— Он был поблизости?
— Да, — признал Чейз с горьким смехом, — он открыл дверь. Он улыбнулся. Этот ублюдок улыбнулся мне. Он пригласил меня зайти и выпить пива.
— А ты?
— Нет. Я сказал ему, чтобы он садился на скоростной поезд прямо в ад, и что я приехал к маме.
Корд взглянул на меня. Я видел, что с каждой секундой он становится всё более нервным. Он ненавидел любое упоминание об Эмблеме или наших родителях.
Я старался, чтобы мой голос звучал спокойно.
— Ты видел её, Чейз?
Он хмуро смотрел в пол.
— Я видел её. Она сидела за тем же старым грязным столом на кухне. Её рука свисала вдоль тела и была покрыта таким количеством следов от уколов, что казалось, будто у неё оспа. Она стала ужасно тощей и потеряла много волос.






