ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Её похитили и неожиданно втянули в паранормальный мир, о существовании которого она даже не подозревала. Всё это приводит Тессеру в шок. Даже больше, потому что её спаситель — президент МК «Жнецы Смерти», вампирское подразделение, который утверждает, что она — его пара. Джаггер находится на перепутье: с одной стороны — защита пары от него же; с другой — попытка сбалансировать свои обязанности в МК. И в этот он момент начинает вести битву, важнее, чем сражение добра и зла. В поисках решения череды проблем, которая растёт в геометрической прогрессии, возникает необходимость объединиться с врагом, не желающим обобщать силы. Но так как в обозримом будущем грозит апокалипсис, другого выбора, кроме как отдаться правде, нет. Нужно больше паранормальных, чтобы сохранить жизнь остальному миру и получить искупление. Зло кроется в неизбежном. Погрузитесь во вторую книгу серии МК «Жнецы Смерти» и подчинитесь реальности, ползущей во тьме… возможно, это единственное благо, которое может предложить этот мир.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В Тессере играет не жажда моей крови, её тело хочет моего так же, как каждая клеточка меня хочет её. И я получу её, но сейчас не место и не время. Я хочу, чтобы между нами установилась связь, прежде чем удостоверюсь, что Тессера осознает, что с нами происходит. Прежде чем я приму её как свою, во всех отношениях.

Я жду, пока она добровольно подойдёт. Тессера медленно шагает вперёд, блуждая взглядом по моему телу, будто следит за каждым движением.

— Я никуда не уйду, ангел. Я — весь твой, — хрипло говорю я.

Я чувствую, как учащается её сердцебиение. Несмотря на то, что нас называют нежитью, вампиры очень живы и здоровы. А значит, у нас идёт кровь, мы дышим, и сердце, нахрен, бьётся, качая кровь по системе. Солнечный свет? Я купаюсь в этом дерьме, потому что ничто не может причинить нам вред. Ну, убить нас может только дно — обезглавливание. Я слышал о том, что и огонь может убить нас, но только в том случае, когда мы сгораем дотла и отваливаются головы. Кроме этого? Если мы целы, может потребоваться несколько недель, чтобы восстановиться, но мы полностью исцелимся.

Тессера пристально смотрит на мою шею, и с её вишнёвых губ слетают слова:

— Я хочу тебя… ты так хорош на вкус и запах. Я хочу взять тебя.

— Вперёд, — я делаю шаг вперёд, оставляя между нами небольшое пространство, давая ей возможность самой приблизиться, — возьми меня.

Она тут же вновь вгрызается мне в горло. Грёбаное блаженство. Я едва сдерживаюсь, чтобы не кончить. Вот какое удовольствие она доставляет мне одним проклятым укусом. Тессера отстраняется и скользит языком по колотым ранам. Пристально глядя на меня, она застенчиво улыбается.

— Думаю, и ты хочешь перекусить.

Я не считаю свою пару перекусом. Дерьмо. Я произнёс эти слова в голове, но то, как она среагировала?

— Скажи, ты только что услышала мои мысли? Поэтому смотришь на меня такими круглыми глазами, верно? И, будь всё проклято. Такого не должно произойти до тех пор, пока мы не создадим связь. Но ты слышишь меня громко и ясно, да? Что я не считаю тебя перекусом. — Она сглатывает и кивает. — Есть вопросы, прежде чем я сделаю тебя своей? — Уголок моего рта дёргается. Нет причин ходить вокруг да около.

— Более миллиона. — Она закусывает нижнюю губу, обдумывая что-то, а затем добавляет: — Но это может подождать, судя по моим ощущениям… мыслям и идеям… хм-м-м, из этого нет выхода.

За те несколько недель, что она здесь, мы разговаривали несколько раз. Но в последнее время, разговоров было меньше, учитывая, как она блокирует все мои вопросы о том, как её схватили и расспросы, что случилось. Она отказывается говорить об этом, и поэтому мы не получаем информацию о ситуации, в которую вляпались. Каждый раз, когда я делал шаг ближе, она закрывалась.