Потом она закричала:- "Папа уходит!" - и растворилась в горьких слезах и плаче из несвязных слов, которые с таким же успехом могли быть тибетскими песнопениями или охотничьими песнями неизвестного амазонского племени, если только кто-то, кроме Бонни, мог их понять.
- Папа скоро вернется” - утешила она свою подопечную и повела ее на кухню, чтобы посмотреть ее любимый DVD с Свинкой Пеппой и съесть свой ужин. Женя, которая и сама чуть не плакала, когда Кросс наконец вырвался из ее прощальных объятий, поцеловал ее в последний раз и ушел на войну, тоже вошла на кухню, чтобы приготовить себе утешительную чашку кофе.
Она села за стол рядом с высоким стулом Кэтрин.
“Я знаю, что ты чувствуешь, малышка” - сказала она, сочувственно улыбаясь печальному маленькому ребенку, который всхлипывал от острого и безутешного горя.
Женя была очарована Екатериной. Она знала, что для того, чтобы ее отношения с Гектором имели хоть какую-то надежду выжить в долгосрочной перспективе, он должен был знать, что его женщина и дочь были друзьями. Так что чисто эгоистический интерес требовал от Жени усилий быть милым. Но более того, она так долго думала о себе как о дочери и младшей сестре, что теперь ей было приятно видеть себя старшей: не сестрой и еще не мачехой - она еще не была готова даже представить себя таковой, - а взрослой, обязанной отвечать за ребенка, если не заботиться о нем.
Со своей стороны, Екатерина, конечно, была еще слишком мала, чтобы понять, что Женя - подружка ее отца. Но инстинкт подсказывал ей, что эта дама очень важна для ее папы, и она была очарована большими глазами Жени и ее мягкими губами, которые так мило улыбались. Маленькой девочке нравилось быть объектом внимания молодой женщины, и женщина чувствовала теплое, успокаивающее удовольствие, когда была рядом с ребенком. Они довольно счастливо купались в компании друг друга в течение нескольких минут, пока Бонни готовила овсянку для Кэтрин и улыбалась сама себе, глядя на отношения, которые выстраивались за столом рядом с ней. Затем она поставила чашку на поднос высокого стула Кэтрин Кайлы и посоветовала Женьке: “На твоем месте, дорогая, я бы отошла в сторонку.”
- Я извиняюсь... ?- сказала Женя, глядя на няню снизу вверх с озадаченным выражением лица.
Через секунду все было объяснено. Кэтрин мгновенно героически пришла в себя и весело набросилась на свою кашу со всей энергией и решимостью отца, словно намереваясь покрыть себя и всех остальных в пределах досягаемости брызг.
- О!" - воскликнула Женя, вскакивая на ноги, когда большая ложка каши пролетела по воздуху и попала прямо в ее кофейную чашку, послав через стол извержение эспрессо и обезжиренной молочной пены.
“Я пыталась предупредить тебя!- засмеялась Бонни, когда Женя тоже рухнула в приступе хихиканья.






