ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чтобы заработать денег, я устроилась сиделкой к спортсмену, получившему серьезную травму. В считанные дни я превратилась из квалифицированного врача в нянечку, повара, уборщицу, собутыльника и объект сексуальных нападок со стороны пациента. Красивый молодой мужчина с невыносимым характером оказался мужланом и грубияном, которого мне хочется прибить по сто раз на дню. Но история не об этом. Грубиян Хельга Дюран Чтобы заработать денег, я устроилась сиделкой к спортсмену, получившему серьезную травму. В считанные дни я превратилась из квалифицированного врача в нянечку, повара, уборщицу, собутыльника и объект сексуальных нападок со стороны пациента. Красивый молодой мужчина с невыносимым характером оказался мужланом и грубияном, которого мне хочется прибить по сто раз на дню. Но история не об этом. Хельга Дюран Грубиян 1.Таня Сегодня мой последний рабочий день. Попала я под сокращение, как мужской орган в рукомойник. Проработала венерологом в этой больнице всего год, но нагляделась я на эти органы мужские на всю жизнь, наверное. У всех дети, ипотеки, стаж работы, а у меня из перечисленного ничего, вот меня и вышвырнули, как слабое звено, как ту, кого не жалко. Новое место работы я найти не успела, посетила пару собеседований, но пока глухо. С моей узкой специализацией и мизерным опытом найти работу оказалось не так-то просто, хотя работенка та еще! – Одевайтесь! – привычно скомандовала я пациенту, трясущему своими причиндалами передо мной. Щелкнула перчатками, снимая их, назначи

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

..

– Как твое здоровье, дорогой? – спросила Юлька.

– Пойдет, – нехотя буркнул я.

– Почему тогда договор не подписываешь? Время идет. Я жду развод... Или ты передумал разводиться?

Юлька кокетливо и хищно мазнула по мне взглядом, а потом придвинулась ближе. Решила вспомнить старые добрые времена? Ее рука легла на мое бедро, легонько сжала и поехала выше, добираясь до питона. Я замер, прислушиваясь к собственным ощущениям.

Мне ничего не стоило загнуть сейчас жену раком и отжарить ее хорошенько. Танюша меня бросила, а с Юлькой мы все еще женаты, между прочим. Красивая, зараза, все при ней: и личико загляденье, и фигура супер! Я напрягся, но не от возбуждения, а от испуга.

Не вставляет меня жена. Совсем.

Ничего не пошевелилось ни в душе у меня, ни в штанах, только по Танюше сильнее заскучал.

Заколдовала она меня что ли? Или стресс у меня?

– Я могу твой вариант развода подписать, – сказал я и сбросил с себя руку жены. – Хоть сейчас. Мое завещание уже готово, так что...

– Какое завещание? – вылупилась на меня Юлька. – Ты чего?

– Ну, я решил подстраховаться и составил завещание, – пояснил я, внимательно следя за реакцией жены. Ее глаза испуганно забегали, как будто мышь по ковру носится туда-сюда. Того и гляди прыгнет на эту несчастную. – Докторше все решил оставить, если прибьет меня Апорин.

– Что-о-о? – не веря своим ушам простонала моя благоверная. – Ей? За какие такие заслуги? Ты что ее трахаешь?

– А тебе-то что за дело? Свое ты и так заберешь? Или тебе еще и моего захотелось?

– Да что ты такое говоришь, Ромашка? – всплеснула Юлька руками. – А если ты инвалидом останешься, кто за тобой будет ухаживать?

Ах, вот в чем, блять, дело? Эта сука подстраховалась со всех сторон. Умру – получит наследство, останусь овощем – станет моим опекуном и продолжит жить за мой счет?

– Точно не ты! – разозлился я. – Я как бы на тебя и не рассчитывал!

Боже, какая же она мерзкая! Мне стало нечем дышать от захлестнувшего меня гнева. Я никогда не бил женщин, но сейчас я поймал себя на мысли, что готов вцепиться в эту тонкую шею и придушить коварную суку!

– Уходи! – сквозь зубы процедил я.

– Но...

– Я тебе щас ноги оторву! Или голову! – пригрозил я. Юлька вскочила с дивана, как ошпаренная.

– Ты никогда не получишь развод, чертов неудачник! – завизжала Юлька. – Я отсужу у тебя все до копейки! А еще заявлю, что ты меня избивал все четыре года!

Я поднялся на ноги, и она тут же заткнулась. Столько ненависти было в ее взгляде, что я засомневался, с этим ли чудовищем я жил.

– Стой здесь! – приказал я Юльке, и пошел в кабинет.

Там на столе лежали ее требования. Я их уже наизусть выучил, поэтому подписал, не перечитывая. Пусть забирает мои мильоны, только чтобы на глаза мне больше не попадалась, гадина!

Когда я вернулся, Юлька стояла там же, нервно переминаясь с ноги на ногу.