Каждая жизнь священна, но…
– …но мы не должны были допустить, чтобы вакцина увидела свет, – закончила за него Кэтлин. – Вы поступили правильно и отважно.
– Даже если могли погибнуть люди? – спросил Джейк.
– Даже если могли погибнуть люди.
Позже вечером Олли приготовил незабываемый ужин: пиццу и жареные рисовые шарики с сыром внутри. Когда все сели за стол, он обратился к ним.
[63]
Библейская цитата, с помощью которой Дэви хочет напомнить о том, что смерть вошла в жизнь после грехопадения первого человека, то есть смерть – это следствие греха.
– Приезжайте ко мне в Италию, – сказал он. – Мой отец приготовит для вас настоящую пасту. В Италии все могут позволить себе пасту. И он сделает самые вкусные аранчини[65] на свете. Нет ничего вкуснее в мире. Теперь можно приступать.
Он закрыл глаза и прошептал слова молитвы.
Джейк съел всю свою порцию, но не мог избавиться от ощущения пустоты внутри. Судя по серьезным лицам остальных, они испытывали похожие чувства. Завтра они пойдут в разных направлениях. Ласточка повезет Кэсс на лечение в Эдинбург – девушка остановится у друзей Кэтлин. Олли полетит в Рим к отцу. Браконьер вернется в Англию.
– Многих еще нужно спасать. Я поведу их через границу, – уверял он.
– А как же полиция? – спросил отец Энгус. – Ты в розыске. Если тебя поймают, тебе не выбраться.
Парень пожал плечами.
– Я делаю то, что должен.
Дэви забарабанил пальцами по столу с немыслимой скоростью. Пальцы мелькали в воздухе, словно крылья колибри.
– Все в порядке, Дэви, – успокоил его Джейк. – Браконьер умеет за себя постоять.
– Ты в любой момент можешь вернуться сюда, – сказала Кэтлин. – Эти двери для тебя всегда открыты.
– Спасибо, – ответил Браконьер, улыбаясь. – Не откажусь от ночлега и ужина.
Он и Ласточка стукнулись кулаками.
Джейк заметил, как Кэтлин и отец Энгус заговорщицки посмотрели друг на друга.
– А ты, Дэви? Ты остаешься в Шотландии? – спросил священник.
Дэви закрыл глаза, отвернулся и молча продолжил стучать по столу.
Джейк заметил, как Кэтлин приподняла бровь, как многозначительно взглянула она на отца Энгуса и взяла очередной кусок пиццы. Только когда мужчина снова заговорил, Джейк понял, в чем дело.
– Дэви, мы не просим тебя принимать решение прямо сейчас. Наше предложение всегда останется для тебя в силе. Мы хотели бы, чтобы ты жил у нас здесь.
– Мы? – удивился Олли.
– Да, – ответил отец Энгус и покраснел[66].
Дэви продолжил барабанить, но уже гораздо медленнее. Олли недоуменно посмотрел на Джейка, и тот пожал плечами. Он сам не мог объяснить, что происходит. Все замерли в ожидании.
– В любом случае, Дэви, – продолжил отец Энгус, – мы всегда рады тебе помочь. Мы хотим, чтобы ты чувствовал себя у нас как дома. Вот. Я сказал все, что хотел.
Дэви застыл и открыл глаза.






