ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

К 2500 году вот уже как двести лет человечество покинуло пределы солнечной системы. На ближайшей к Проксима Центавра планете во время рядовой миссии бесследно пропадают два планетолога. Спустя несколько часов поисков в руки кибернетику попадает творческий ИскИн одного из пропавших. Из-за особенностей алгоритма произошедшие и записанные в реальном времени события обрели художественную интерпретацию. Только дочитав до конца, начальник станции и возлюбленная одного из ребят узнают, что произошло и с какими ужасами пришлось столкнуться потерянным исследователям.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Полоска спаянного в цепь металлического троса уходит из-за стены влево к серой трубе. Она выглядывает из-за гнутых труб неизвестного назначения конструкций, с лестницами и защитными перилами. Ещё, слева, чёрные пластины метала, через проржавевшие щели пробивается белый свет, тонкие лучи падают на асфальт, разрезают оставшуюся черноту.

За заборчиком из кирпича Сергей увидел высокий чёрный столб с разноцветными лампочками. Зелёные, красные, синие, цвета мигали, змейками ползли вокруг чёрного тела колонны. Внизу, у основания, копошился человек. В серой робе, мужчина. Взъерошенные, тёмно-серые, почти чёрные волосы, борода. Сергей стал приближаться. Его несло к человеку. Тут он выпрямился, посмотрел в сторону Сергея. В чёрных глазах блестели белые огоньки. Бледная кожа, морщины в уголках глаз и на лбу. Это же тот… Что писал в книге…

Тишина истлела как тьма. Сергей услышал шелест. Он не был похож на шелест листвы, или травы, казалось, что рой насекомых копошиться в отвратительной свалке. Мужчина смотрел в сторону Сергея чуть приоткрыв рот. Поворачивал голову ухом то в одну, то в другую сторону. Бубнил про себя. Чёрные губы шептали слова, смысл которых не мог дойти до Сергея.

Вспышка.

Темнота и только мужчина в сером. Стоит с раскинутыми руками, а изо рта его волнами выползают сотнями насекомые…

Кашель. Темнота. Тошнота подходит к горлу. Нельзя. Терпеть. Терпеть… Будто в стробоскопе, образы, картинки, трубы, огонь, весь в разноцветных огнях чёрный столб и человек. Сгорбленный, маленький. Вокруг вихрь из насекомых. Они заполняют собой всё, картинка исчезает.

Тьма и шёпот сотен голосов. Тишина. Далёкий хриплый голос:

– Я слушал их. Через ворох бессвязного бреда я ловил фразы, составлял предложения, представлял образы, рисовал картины. Узнал, что меня решили заменить…

Тьма расползалась. Похожее на прошлое видение место, только теперь низкий чёрный потолок. Колонна мигает в пяти метрах. Заборчика нет. От старого видения осталась только стена. Из щелей пробивается свет, слабый, ему хватает сил только на несколько сантиметров прорезать темноту. На площадке двое. Серый мужчина. Широкий и высокий парень в синей робе.

Смена кадра.

Серое лицо паренька появилось перед глазами Сергея. Взгляд направлен в бесконечность. Лицо бледное. Лоб без морщин. Брови слегка подняты. Крик. Далёкий крик с хрипами и шелест. Миг и всё исчезло. Сергея накрыло волной.

Тьма. Чувство движения. Алые краски пятнами прорезают пустоту, которая больше не пустота, а рой насекомых. Чёрные тела копошатся, расступаются, алого становится больше. Горит красным небо, по которому бегут со страшной скоростью громадные, чёрные облака. Сергея вынесло из каши. Теперь он падал в бесконечном колодце из паукообразных тварей. А под ним тоже кто-то падал.