ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

К 2500 году вот уже как двести лет человечество покинуло пределы солнечной системы. На ближайшей к Проксима Центавра планете во время рядовой миссии бесследно пропадают два планетолога. Спустя несколько часов поисков в руки кибернетику попадает творческий ИскИн одного из пропавших. Из-за особенностей алгоритма произошедшие и записанные в реальном времени события обрели художественную интерпретацию. Только дочитав до конца, начальник станции и возлюбленная одного из ребят узнают, что произошло и с какими ужасами пришлось столкнуться потерянным исследователям.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Руки до белизны сжали штурвалы. Вибрация прошла по телам. По ушам ударил гвалт звуков. Звяканье, гудение, тарахтение, всё, что и так шумело, начало шуметь и вибрировать ещё сильнее. Один звук, особенно чёткий, словно молоток бил по мозгам: «ДЫД-ДЫН-ДЫН…»

Машина стала замедляться. На всех десяти мониторах белая полоска слабо дребезжала на границе

чёрточки

. Экран разделял чёрный крест. Белая полоска должна была ровняться с осью икс, если бы этот крестик был осью координат. Отклонение от оси было минимальным, но держать её ровно было тем ещё испытанием.

По вискам Сергея покатились капли. Лицо покраснело, вены на висках вздулись. Виктор походил на своего напарника, как брат близнец. Казалось, что головы обоих мужчин сейчас лопнут. Виктор со свистом выдыхал воздух. Сергей хранил молчание. Корабль продолжал бить по ушам звуками хаоса, будто оркестр во время настройки инструментов.

Скорость снижалась. Тут в правом боковым окне Сергей краем глаза увидел огромное отверстие. Корабль летел со сверхзвуковой скоростью. Все объекты за бортом, кроме багрового неба с чёрными тучами, сливались в кашу, но отверстие хорошо зацепилось за взгляд Сергея.

– Видел?! – крикнул он.

– Чего?!

– Видел?!

– Держи штурвал мать твою!

– Давай сволочь! – захрипел Сергей, напрягая бицепсы. Виктор последовал его примеру. Сергей отпустил одну руку и нажал над собой несколько кнопок. Виктор почувствовал, как дрожь в штурвале уменьшилась.

– Теперь поднимаем нос к верху! Будем разворачиваться и садиться! Тяни на себя!

Виктор, почувствовавший облегчение, ругнулся про себя за свою поспешность и ухватил штурвал с новой силой. Нос корабля постепенно поднимался вверх. Багрового в окне стало больше.

– Тянем до сорока пяти градусов! Следи за осью! Держи прямо!

Корабль потянул морду к небу. Сергей нажимал кнопки. Периодически хватал штурвал и подтягивал его на себя. Все действия он делал автоматически. Часами он сидел в такой же кабине и повторял последовательность действий думая о чём-то своём, нажимал кнопки машинально, от скуки, но и с определённым умыслом. Таким образом Сергей вырабатывал мышечную память, чтобы в экстренной ситуации действовать рефлекторно, не растрачивать внимание и действовать, как машина, робот. Вот что требовалось от хорошего пилота корабля, когда он берёт управление на себя – стать роботом.

Панель управления мигала лампочками. Мужчины воспринимали это мигание, как верный признак хорошей работы системы – сердцебиение корабля. Воспринимали они эту информация автоматически, без помощи мозговых чипов. ИскИн корабля не работал, и они стали бесполезны. Всё внимание было направленно на экраны мониторов и штурвалы, мерное мигание панели жило своей жизни где-то в другом измерении. Но что-то стало моргать совсем иначе.