ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Май 1945. Война почти закончена. Офицеры секретного подразделения СС пробивают тоннель в параллельный мир, в котором победила Германия, завоевав Англию и оттеснив Красную Армию на Уральский рубеж. Первые боестолкновения завершились неоднозначно, но союзники не собираются мириться с существованием фашистского государства, пусть и в параллельном мире. Готовится совместная операция «Освобождение». Ситуация осложняется тем, что в параллельном мире Советским Союзом управляет Троцкий… Плацдарм Сергей Звонарев Май 1945. Война почти закончена. Офицеры секретного подразделения СС пробивают тоннель в параллельный мир, в котором победила Германия, завоевав Англию и оттеснив Красную Армию на Уральский рубеж. Первые боестолкновения завершились неоднозначно, но союзники не собираются мириться с существованием фашистского государства, пусть и в параллельном мире. Готовится совместная операция «Освобождение». Ситуация осложняется тем, что в параллельном мире Советским Союзом управляет Троцкий… Плацдарм Глава 1. ПРОРЫВ Пистолет, направленный на Вальтера, лишал его воли. Механически делая то, что ему велели, Вальтер представлял себе пулю, разрывающую внутренности, болезненную агонию на каменном полу этой огромной пещеры. Кто бы мог подумать, что Отто Штирнер, штандартенфюрер СС и начальник лаборатории научного оккультизма, под конец войны слетит с катушек. Хотя, глядя сквозь призму случившегося, этого можно было ожидать — учитывая то, чем они занимались последние месяцы… И все же, прежде чем з

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ну вот, тебе туда, — сказал Маша, показав на одну из ряда одинаковых дверей, — не перепутай, третья справа.

— Третья справа, — повторил Саша.

— Молодец!

— А ты… а ты не зайдешь? — неожиданно для самого себя спросил Саша. Ему захотелось, чтобы она с ним еще поговорила.

Маша покачала головой.

— Мне надо идти. Да и потом — меня все равно не пустят. Туда можно только тем, у кого пропуск.

Саша почувствовал себя неловко.

— Значит, завтра ты не придешь?

Маша рассмеялась.

— Что ж, мне теперь всю жизнь тебе обеды носить?

Саша покраснел.

— Да нет, я не это имел в виду…

Маша смотрела на него. У нее были серые глаза, высокие скулы и небольшой аккуратный нос. А у меня нос картошкой, некстати подумал Саша.

— Я живу там, — она показала в сторону палаток — как раз рядом с той, все эти дни работал Саша. Лучше бы я остался там, мелькнула мысль, был бы поближе к ней.

— Можно я зайду? — вырвалось у него. — Завтра вечером.

Маша улыбнулась.

— Заходи, — сказала она и протянула ему руку. Саша осторожно пожал прохладную и узкую ладонь. Повернувшись, Маша пошла обратно. Саша смотрел ей вслед. У самого поворота в платочный городок, Маша, наконец, обернулась. Саша тут же ей помахал, и она ответила ему.

У Громова ушло около часа, чтобы разобраться в результатах расчетов Саши, и еще полчаса, чтобы нарисовать схему установки по этим расчетам. Затем они направились в ангар. Саша заметил там большие изменения: крыша увеличилась вдвое, закрывая теперь почти половину огромного помещения, появились просторные столы для работы, а установка, собранная Форестом под руководством Стоуна, обзавелась еще несколькими соленоидами. Заметив русских коллег, Форест приветственно махнул рукой и вернулся к работе. Один из инженеров повернул рубильник. Раздалось гудение трансформаторов, и в окошке вакуумной камеры вспыхнуло синее пламя.

— У него есть успехи, — сказал Громов Саше, пока они шли к установке, пересекая ангар. — Теперь он может удерживать плазму больше минуты.

— Вы думаете, мы сможем увеличить это время?

— Думаю да, — подтвердил Громов. — Если я не ошибся. И если не ошибся ты.

Саша остро ощутил груз ответственности за свою работу. Нет, конечно, абстрактно он и раньше сознавал ее значение, но это ощущение затерялось в море цифр, растворилось на бесчисленных листах бумаги, исписанных им за эти дни. А сейчас, видя установку и специалистов, обслуживающих ее, Саша снова почувствовал, насколько важно то, что все они делают.

Громов развернул на столе схему установки, нарисованную по расчетам Саши, и показал ее Форесту. Тот скептически хмыкнул, но все же подозвал своих инженеров, чтобы они взглянули. Один из них, молодой высокий парень с открытым лицом, задал Громову короткий вопрос. Профессор столь же кратко ответил и показал на Сашу.