ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это вторая книга трилогии «Вятское вече». Ветрами судьбы главный герой, будучи в новом статусе потомственного боярина, попадает в различные ситуации и как он из них выберется вы можете узнать прочитав эту книгу. При создании обложки использовалась картина Аполлинария Васнецова «Старая Москва» и портрет князя Дмитрия Холмского. Боярин Владимир Босин Это вторая книга трилогии «Вятское вече». Ветрами судьбы главный герой, будучи в новом статусе потомственного боярина, попадает в различные ситуации и как он из них выберется вы можете узнать прочитав эту книгу. При создании обложки использовалась картина Аполлинария Васнецова «Старая Москва» и портрет князя Дмитрия Холмского. Владимир Босин Вятское вече 2 Боярин 1 Это моё первое Рождество в новой ипостаси. Главный праздник для православных. Филиппов пост прошёл для меня незаметно, я искусно манкировал своими обязанностями, за что периодически получал нагоняи от отца Ферапонта. А вот сочельничали мы всем табором, постились до появления первой звезды. Вечерняя трапеза началась с кутьи — ячменной каши слегка приправленной мёдом. Я, на правах главы семейства, вынужден был придерживаться всех установленных правил. Стоял ночью службу в церкви и принимал славильщиков — соседей, которые ходили по дворам «с вестью о рождении Христа». В сам день Рождества наши женщины испекли калачи из особого теста, а также налепили фигурки животных из теста. С ними мои оболтусы пошли по соседям, вручая гостинцы. На рождественском столе у нас богато по мес

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Знать хорош тот парень, что навещает свою хозяйку.

После утренней тренировки я как обычно потребовал таз с водой для омовения. Раздевшись по пояс, с удовольствием фыркая, ополоснулся. Протянув руку за полотенцем попал рукой по животу служанке. Выпрямившись уткнулся в большие карие глаза. Зараза, никакого стеснения. Наоборот лукаво смотрит мне в глаза, слегка улыбаясь. Когда девушка протянула руку и погладила меня по животу, у меня сорвало крышу. От близости молодой самки я превратился в животное. Просто подхватил её, вызвав испуганный визг и бросил на ложе.

Судя по издаваемым звукам, она дико испуганно. А выражение глаз говорит об обратном.

Заставляя себя не торопиться, я снимаю порты и исподнее. Когда во весь не малый рост вытянулся перед лежащей девушкой, та, как завороженная уставилась на мой гордо вздыбленный уд.

Пришлось протянуть руку и поднять её. С жадностью вдыхаю запах девственницы, а руки по своей воле отправились в эротическое путешествие. Груди, как и ожидалось немалого размера. Вот только подобраться к ним мешает сарафан и нижняя рубаха.

Минута и мы оба голые, в чём мать родила, стоим немного отстранившись друг от друга. Я жадно рассматриваю желанное тело, даже поворачивая девчонку, чтобы насладится видом нежной попки.

Долгое воздержание и красота девушки сыграли со мной злую шутку. Завалив девчонку на шкуру я ворвался в неё как дикарь, сразу на всю глубину. Отрезвил меня протяжный стон.

— Извини, малышка — я перестал долбить и остановился.

Мадина открыла глаза и тревожно посмотрела на меня.

Чертыхнувшись на свою неуклюжесть, я уже неторопливо продолжил движение. Приподнявшись на руках посмотрел на распятое желанное тело подо мной. И я естественно опозорился, как юнец, в первый раз познавший кухарку в подсобке.

Девушка молча встала и накинув одежду вышла, оставив после себя запах секса.

А через три дня она сама пришла ко мне в спальню. Просто зашла и скинув рубаху нырнула ко мне в кровать.

Одним прекрасным утром семь всадников вылетели из ворот усадьбы. Наш путь лежал на лесную поляну, наш полигон для тренировок в бросании гранат.

Моя пятёрка уверенно по команде выполняет команды. Рядом мальчонка на котором лежит серьёзная задача, он носитель огня. Именно у него прикурят мои гренадёры свои гренады.

Мы построили щит и окоп, куда прячется гренадёр во время броска.

Первым бросок совершаю я. Немного тремор потрясывает, но взяв в руки холодный рубчатый корпус гранаты резко успокаиваюсь. Прикурив фитиль начинаю чёткий счёт:

— Один.

— Два.

— Три, кидаю.

Замах и шар летит в густой кустарник, оглушительный грохот. В деревянный щит попадает осколок, но я в безопасном окопе.

Ребята нормально откидались. Тут главное ритм движений и счёт — это они уловили.