ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перед читателем вторая книга серии «Магеллан». «Экипаж «Ермака» — челнока звездного крейсера «Магеллан», вот уже год находится на чужой Земле. Налажен быт, налажены связи с местными жителями. Изучена фауна и достигнут значительный прогресс в изучении таинственного сооружения «Колыбель», где день за днем штампуются новые и новые заготовки людей — кореллы. За этот год Герман и его товарищи поняли, что выживание человечества невозможно без симбиоза аборигенов и кореллов. Но как одних социализировать, а других вразумить? Как объяснить, отброшенному на тысячи лет назад, в культурном плане, человеку, что вопрос выживания всего человечества лежит огромным грузом на плечах всех, без исключения, людей на планете. И самое главное, как избежать ненужной кровопролитной войны, которую стремятся развязать невидимые третьи силы?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Внезапно по второй коже Германа пробежала волна искр, а тело его изогнулось в дугу. Из раны на спине с новой силой заструилась кровь. Герман изгибался под действием неизвестной мне силы еще два или три раза, после чего он сделал самостоятельный вдох и перевернулся на спину.

Затем мое воображение разыгралось не на шутку. Прямо передо мной из-за могучих сосен, обрамлявших широкий тракт, поднимая тучи снега, взлетела огромная птица цвета ясного неба. Этот монстр размером с дом Курьмы ревел сильнее грома в непогоду. На мгновение громадина застыла прямо над нами. Тело обдало жаром, в нос ударил странный запах гари, подобного которому я раньше не ощущал.

Именно тогда, покидая свой разум, я задумался над тем, что огромная птица не могла быть только плодом моего воображения. Таким картинкам в моей голове просто неоткуда было взяться. Придумать такое сам я не мог в силу своей ограниченности. Единственное, что я знал наверняка — это байки старых сотрапезников о гигантских монстрах, населяющих Пустошь. Выходит, байки — не обман.

С одной стороны, это здорово, что мне довелось увидеть то, о чем другие сотрапезники лишь судачили за чашкой горячего чая, но с другой — обстоятельства, при которых мне довелось узреть это чудо, не сильно радовали. Я не мог ни убежать, ни спрятаться. Мне некому будет передать свой опыт, свои ощущения. Да и кто, собственно, сможет поверить маленькому несмышленому последышу? Взрослые сотрапезники? Их дети? Даже если я и выучусь их языку, всерьез мои слова никто не воспримет. Скорее высекут за то, что посмел своим ртом нечистым вести с ними речи.

Я не понимал, почему меня так сильно занимал вопрос общения с бывшими хозяевами. Мой затухающий разум, похоже, цеплялся за мелочи, стараясь не угаснуть окончательно, но все было тщетно. Сейчас эта огромная птица разнюхает, что к чему, и склюет нас с Германом живьем.

«Ну и хорошо,

— обрадовался я, —

и замечательно».

Смерти от лап свирепого хищника не чурался даже сам Курьма. В нашем поселении почиталось за честь пасть на охоте от лап белого демона или в бою с сотрапезниками других кланов. Такая героическая смерть вполне меня устраивала. Тем более, я и так понимал, что замерзаю насмерть. Жаль только, никто не увидит, как маленький последыш уходит в царство черни навсегда. Жаль, что кормилица моя так и не узнает, что ее последыш заговорил перед тем, как погибнуть.

— Где ты откопал этого заморыша? — голоса доносились до меня откуда-то издали, словно я был заперт в какой-то бочке. — Ему же от роду лет пять, он ведь даже не корелл. Они такими маленькими не вылупляются.

Голос принадлежал женщине. Я не совсем понял суть упрека, но женщина говорила с такой жалостью в голосе, что сразу понравилась мне.