ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так — зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства — вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла. Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот. Я — Романов, и этим все сказано. Романов #12 Владимир Кощеев Балы, красавицы, лакеи, юнкера? Как бы не так — зависть сверстников, ненависть старших, попытки убийства — вот она, жизнь Романова в этом мире. Моя тетка стала царицей, и за это весь наш род должен умереть. Много врагов у рода Романовых, многим мы поперек горла. Вот только они не знают, что я не простой младший княжич. Я пришел из другого мира, и если потребуется, поставлю на колени этот. Я — Романов, и этим все сказано. #Бояръ-Аниме. Романов. Том 12 Глава 1 Красноярское княжество, подвал княжеской резиденции . Князь Романов Дмитрий Алексеевич . — Слушаю тебя, Людвиг, — произнес я, приняв вызов. Давненько он не показывался. Я уж было решил, что разговор, где я отказался присоединиться к этому надзирателю общества Януса Двуликого, будет последним. Однако вот он, этот таинственный обладатель дара управления временем. — Здравствуй, князь, — ответил он. — Не уверен, что ты слышал, но корпорация «Армтек», которая производила систему стелс, как и киборгов, теперь будет работать на своей исторической родине, — он сделал маленькую паузу, а

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она положила трубку, а я поднялся с места и направился наверх. Свободные пятнадцать минут подходили к концу. И мне пора было возвращаться к делам княжества. Мы, конечно, достигли определенных результатов, но под лежачий камень вода не течет.

Город Щецин, Германский рейх

.

В небольшом частном доме собралось порядка трех десятков человек. Никто из них не носил военной формы или каких-либо других знаков отличия, однако с первого взгляда было ясно, что эта группа — военные.

В тускло освещенном слабыми лампами помещении расставили столы, за которыми и разместилось собрание. На стене развесили карту Речи Посполитой и прилегающих территорий Русского царства и Германского рейха.

Немолодой мужчина поднялся со своего места и прошел к этой карте, вооруженный лазерной указкой. Последние шепотки собравшихся сразу сникли, стоило приготовившемуся выступать обернуться к соратникам.

— Господа, момент настал, — объявил он на польском. — Наша благословенная страна понесла тяжелейшие потери, залита кровью и обезлюдела. Невозможно передать ту боль, которую мы все с вами испытали в войне, развязанной против интересов нашей родины. Мы проиграли, лишились суверенитета, чести и достоинства. Мы похоронили близких и расстались с дорогими нам людьми.

Он прервался, чтобы обвести людей взглядом, после чего продолжил:

— Но время прошло, и вот мы, выжившие, проигравшие, но не сломленные, сидим в одной комнате и обсуждаем то, что должно совершить нам, последним командирам славной польской армии. Никогда еще наши враги не оставались безнаказанными, никогда еще наша кровь не оставалась неотмщенной.

Собрание едва слышно поддержало оратора. Повышать голоса никто не собирался — место хоть и тихое, но и у стен могут быть уши. Так что внимания привлекать не следовало, в некогда польском городе хватало военных патрулей Германского рейха.

— Деспот Римской империи Агриппа IV доказал свою неспособность защищать собственную столицу, — вновь заговорил мужчина. — В Риме немецкий князь и часть оппозиционеров, желавшая рассорить Агриппу IV с Михаилом II, устроила нападение на русскую делегацию. В город без каких-либо проблем пробралось свыше тысячи немецких солдат — с оружием, в доспехах. И деспот ничего не смог на это ответить, он слаб, его власть эфемерна. Это идеальный момент, чтобы отомстить ему за подстрекательство короля и сейма Речи Посполитой на войну с Русским царством!

Собрание выразило одобрение уже чуточку громче. Присутствующие тоже смотрели новости и знали о произошедшем не хуже оратора. Однако ждали его решений, как старшего по званию.

— Кайзер Вильгельм фон Бисмарк тоже доказал свою слабость, выполнив ультиматум проклятого русского царя, — проговорил тот.