ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Небытие» — вторая трилогия Большой «Саги об Эскуле». Ковен Андрей Респов «Небытие» — вторая трилогия Большой «Саги об Эскуле». Андрей Респов Небытие 1 Ковен Пролог Тихий смотрелся, как всегда, величественно и непоколебимо. Над Индийским природа затевала тайфун и облачность не давала возможности полюбоваться полуостровом. Миллиарды лет планета неслась в пространстве, запущенная неведомым замыслом. На обзорных экранах северной галереи станции «Селена» всегда открывался лучший вид на планету. Иван Переверзев в этот раз выбрал этот путь, рискуя опоздать на доклад к командору-прима Восточного Сектора орбитальной группировки Содружества. Надо было обдумать планы на сегодняшний день. А вид планеты всегда влиял на капитана благотворно. Очередной рабочий день на орбите. После долгого пребывания в виртуальности тесные коридоры и каюты станции навевали тоску. Хотелось снова залезть в шкуру Кисы Безобразника. Но служба есть служба. Тем более, что в её монотонном течении сейчас наметились интересные перспективы. В тысячный раз любуясь разнообразием оттенков поверхности самого большого океана Земли, капитан-командор не переставал прокручивать в голове утренний доклад дежурного по Восточному сектору. Третий месяц напряжённого ожидания последствий неожиданно прокатившегося катаклизма, заставившего все службы работать на пределе возможностей. Разведотдел впервые оказался на голодном информационном пайке. Все попытки высадится на поверхность продолжали заканчиваться мгновенным исчезновением п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ей почему-то льстило его внимание, и она постоянно ловила себя на дурацких мыслях, сравнивая деда и внука.

Наконец, Базиль понял, что Тёмная альва продолжает вежливо держать дистанцию и зашёл с другой стороны:

— А что привело вас, дорна, в Долину Справедливости? Срединные горы, насколько мне известна география Небытия, достаточно далеко от владений ваших соплеменников.

— О, Базилевс! Вы коснулись очень больной темы. Едва я оказалась в этом мире, как узнала, что Тёмные альвы влекут здесь унизительное существование. Гордый и сильный народ в моём родном мире, здесь они живут на задворках цивилизации. Женщины их лишены Ковеном возможности развивать врождённые магические способности, а постоянные междоусобицы Домов привели к измельчанию некогда могучих воинов…

— Эээ, но простите, Лоос, — замявшийся великан выглядел очень смешно, — вы же понимаете, что мир, который вы называете родным, он, как бы это сказать помягче…

— Ненастоящий, вымышленный? — продолжила Богиня, — я это знаю. Эскул, слава Великому Альву, подробно просветил меня. Да, мне трудно было принять это сердцем, но умом я всё прекрасно поняла. Теперь вся прошлая не жизнь осталась там, за Гранью… Небытие — новый мир, где я такая же живая, как и все вы! Более того, мне нечего скрывать от друзей Эскула. Я бессмертная. В этой реальности, как и всем вам мне дан шанс Хранителями, проявить себя, и, может быть, вернуть былое величие дроу!

— О, как! — Редьяр отвлёкся от беседы с синеволосой, пересев поближе к разгорячённой альве, — значит, даёшь возрождение былого величия Тёмных альвов! Цель достойная молодой Богини. Особенно в свете последних сложностей в местном пантеоне…

— Ты о чём, Андрюха? — Базилевс, разволновавшись, схватил со стола баранью ногу и стал возбуждённо отрывать от неё здоровенные куски мяса и отправлять в рот.

— А вы что, с Руной ничего не заметили? Ну ты, понятно, шалопай, особой внимательностью никогда не отличался. А как же Рунгерд? С её-то оперативным прошлым? Ай-яй-яй! Ребята, ребята… Всё чаще гаснет священный Вечный огонь на алтарях Подгорного. Ропщут гномы и лепреконы. Шаманам орков всё чаще приходится прибегать к сильнейшим зельям, чтобы призвать духов, которые раньше без труда сами являлись в места Силы. Тихушники Светлые молчат, но я думаю, что и у них не всё гладко со священными реликвиями…

— Слушай, а ведь и правда. Что-то такое от Эйрика Свенссона я слышал. Связанное с каким-то их праздником… Великая Вельва Севера не смогла добиться благосклонности Одноглазого. Тот попросту не принял даров и жертв. Северяне говорили, что такое впервые на их памяти…

— Янитор в Чертогах показывал мне первоалтари местных богов… их застывшие статуи и пустующие анфилады… правда, не всех, я плохо помню.