Едва Майкл под руку с Катей и Дашей появился в холле, как сразу все повернулись к ним, вынудив сестер многозначительно переглянуться; от их внимания не ускользнуло, с каким интересом посмотрели на их кавалера прочие дамы.
В зале ресторана по сравнению с прочими днями произошли большие перемены. Чтобы можно было танцевать на балу, из него были вынесены все стулья и столы, и поэтому гости, стоя парами и группами, опоясали его стены живым, шумным кольцом. Оркестр играл попурри из Кальмана. «Дворянские» балы всегда славились музыкальным разнообразием, и Катя не удивилась, заметив в дальнем углу зала замысловатую конструкцию из множества световых и акустических установок, вокруг которых деловито копошились несколько одинаково одетых людей, готовя, видимо, сюрприз в лице приезжей звезды. На другом краю зала вдоль стены прогуливались усачи в сомбреро, с гитарами и трубами.
– Будет весело, – кивнув в их сторону сказал Майкл. – Как вам латиноамериканские танцы?
– Я смогу только румбу а вот с Дашей можете все, – поспешила ответить за двоих Катя и сконфузилась, поймав на себе выразительный взгляд сестры.
Майкл хотел ей что-то ответить, но в этот миг прозвучали призывные звуки мазурки Хлопицкого и несколько стоящих по соседству пар, манерно раскланявшись, направились к центру зала. Поймав взгляд Майкла, Даша глазами указала ему на сестру. Тот, оправив фрак, подошел к Кате и, сухо щелкнув каблуками, кивнул головой. Сделав скромный книксен, Катя протянула ему руку, и они присоединились к тем, кто уже парами выстроился в центре зала. Первой в шеренге стояла вице-премьерша с сыном. Затем польский морской атташе с паненкой. За ними один из владельцев «Зенита» с дочкой. После известный актер N* неизвестно с кем и так далее, и так далее, и так далее…
Стороннему наблюдателю могло показаться, что ожила картинка, столь красочно описанная когда-то классиком. Расправив воображаемые усы, консул пошел во второй паре с тем неповторимым шиком, с каким этот танец танцуют поляки. Услышав раздающиеся вокруг охи да ахи, Катя огляделась по сторонам. Вдоль стен яблоку было негде упасть. Все те, кто совсем еще недавно неспешно фланировал в вестибюле или же вел беседы в фойе, услышав первые аккорды, вернулись в зал посмотреть танец. Какой-то мужчина с лысой, как бильярдный шар головой, топал ногою, как на параде, и преимущественно невпопад. Другой, уже прилично пьяный, пытался дирижировать тростью, да так энергично, что создавал большую нервозность среди стоявших рядом с ним гостей. Лишь некоторые дамы, в силу некоторых обстоятельств оставшиеся без кавалеров, наблюдали за мазуркой с таким отсутствующим видом, с каким обычно стоят за прилавком продавщицы недорогих магазинов.






