ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Январь 1999 года. Катя знакомится с потомком русских эмигрантов Майклом, и кажется, что возникшая искра симпатии разгорится в пламя настоящей любви. Но выясняется, что Майкл – родной правнук последнего российского императора Николая II, и, создавая семью, он обязан руководствоваться чувством долга. А в это время в Москве идет подготовка к схватке за власть. Один из претендентов – влиятельный губернатор, генерал Деев. Нанятые олигархом Ольховским проныры-консультанты предоставляют ему весомые аргументы, что семья Николая II была спасена и, возможно, где-то скрывается венценосный наследник. Деев задумывается о его ликвидации. Этого же хотят два спецагента секретной службы одной из западных стран. Действуя согласно тайной директиве вековой давности, они должны сыскать и уничтожить прямых наследников дома Романовых. Вскоре в российской глубинке зверски убивают неимущего старика. Распутывая это дело, следователь выясняет, что старик страдал болезнью Алексея Романова, а еще находит написанное в 1941 году письмо царевича, которое переносит нас в 1918 год.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– О да, конечно, – ответила Даша, – можете за нас не волноваться. Звонил папа, он приехал в Питер и обязательно за нами заедет. Меня больше волнует, что будете делать вы? Мы в своем городе.

– Поеду в отель, найду горничных, – выразительно оглядев свой костюм, ответил Майкл и, поцеловав дамам ручки, откланялся.

Выглядывая из-за чужих спин, Катя провожала его взглядом, пока это было возможно. «Если он обернется, то мы будем вместе», – почему-то решила она для себя. Но Майкл и не думал этого делать. С каждым шагом, что приближал его к дверям, ее сердце билось все сильнее, и ей казалось, что все это слышат. И когда оно было уже готово вот-вот выпрыгнуть из груди, чтобы догнать и заставить его обернуться, он вдруг обернулся сам и помахал им рукой. Обессиленная от пережитого, Катя прислонилась к стене и под удивленный взгляд Даши стала медленно сползать на пол…

А по ту сторону той же стены к выходу из ресторана размашистым шагом шел генерал Деев. Его душила злоба. Сорвав с себя бабочку и рванув ворот рубашки, да так что с треском слетели ни в чем не повинные пуговицы, он спросил:

– Кто такой этот чертов хлыщ, откуда он взялся?

– Скоро узнаем, – подобострастно забегая вперед то слева, то справа, ответил помощник.

– Скоро кошки родят, – рявкнул Деев, – чтобы завтра бумага была у меня на столе…

Выйдя из зала, Майкл поначалу хотел было поехать в отель, но решив хоть немного привести в порядок свою одежду, передумал и зашел в мужской туалет. Там, склонившись над одною из раковин, возился со своей рубашкой пострадавший вместе с ним человек.

– Бургундское? – кивнув на свою рубашку, спросил он Майкла.

– Бургундское, – ответил Майкл, лишь сейчас заметив, что это был тот, кто пел в зале песню.

– Хорошее вино, – вздохнул товарищ по несчастью, – не отмывается.

– Прошу прощения, что так получилось, – извинился Майкл, – могу я как-то компенсировать вам ущерб?

– Я же все видел, вы не виноваты, – успокоил его брюнет и тут же предложил: – Мыло хотите?

– Попробую, – неуверенно сказал Майкл и, смочив салфетку, стал с ожесточением тереть свою одежду. На протяжении какого-то времени в туалетной комнате было лишь слышно их тяжелое сопение. Первым сдался брюнет.

– Это безнадежно, – сказал он, нарушая молчание.

– Видимо, да, – отерев со лба пот, ответил Майкл.

– У вас есть машина? – спросил его брюнет.

– Нет, возьму такси, – ответил ему Майкл.

– Такси? – удивился мужчина. – Вы, наверное, не местный. Вообще-то я тоже не местный, я из Москвы, но в обеих столицах ни один таксист не возьмет пассажира с таким красным пятном на груди. Давайте-ка я дам вам рубашку.

– У вас тут есть рубашка? – удивленно взглянул на него Майкл.

– У меня здесь есть все, – ответил брюнет и, подумав, добавил: – Или почти все. Это мой ресторан.