ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Несколько веков назад подданные убили королеву-ведьму за то, что та создала чудовищ. Монстры исчезли, а ее королевство разделили на множество мелких. Однако теперь и они на грани исчезновения, ведь древняя магия начала пробуждаться. Король Эфлеи мертв, в стране зреет заговор, а принц Никос возвращается домой. Его мучают пугающие сны, в которых он встречает таинственную розововолосую ведьму. Чтобы найти ее и узнать причину своих кошмаров, принц поступает на службу в инквизицию. Теперь Никос ловит магически одаренных и не остановится, пока не найдет девушку. Мираби – юная ведьма, которой нельзя оказаться в руках инквизиторов. Она никому не может довериться, ведь ее дар – ее проклятие. Девушка одна из тех, кто может возродить королеву, и тогда мир погрузится в хаос…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Молод и слишком беспечен», – мысленно упрекнул его Верховный советник. Димир поздоровался со всеми и сел рядом с младшим братом. Никос наклонился к нему и принялся что-то нашептывать, видимо, вводил брата в курс дела. Советники ждали.

– Милорды! – воскликнул король. – Нам не нужна наемная армия!

– Друг мой… – начал было Фергюс, но голоса советников, тоже желающих объяснить королю шаткое положение Эфлеи, заглушили его.

В кабинете стоял гвалт. Члены Верховного Совета размахивали руками и старались перекричать один другого. Они яростно указывали на висящую на стене карту Амиррийского континента, очерчивали в воздухе воображаемые фигуры и объявляли арнестского короля предателем. Фергюс резко хлопнул рукой по столу, и шум прекратился.

– Милорды! – продолжил Димир. – Нам не нужна наемная армия, потому что я нашел мирное решение нашей проблемы. Я женюсь на калледионской принцессе, и ее отец оставит нас в покое. Он ведь не объявит войну королевству, которое станет вторым домом для его дочери, правда?

Одобрительный шепот пролетел по кабинету. Идея, действительно, казалась хорошей, но Фергюс не мог не указать королю на один ее принципиальный недостаток.

– Друг мой, – осторожно произнес старик, – ты видел, с каким лицом Джеральд юн Реймстон сидел на свадьбе? По-моему, совершенно ясно, что он ни за что не примет тебя в зятья.

– Да что мне старый калледионец! – рассмеялся Димир. – Я же не на нем собираюсь жениться! Его мнение меня не беспокоит. Главное, что принцесса влюбится в меня, а она уж как-нибудь повлияет на отца.

– Политика опирается не на любовь, а на расчет. А Джеральд, уж поверь мне, человек расчетливый, он не пойдет на то, что ему невыгодно. Это он влияет на дочь, а не она на него.

– Да вы скептик, Фергюс, – улыбнулся молодой король.

– Я реалист. Калледионский король тебе свою дочь не отдаст, и я его понимаю. Не поддерживаю, но понимаю.

Димир насупился и обратился за поддержкой к остальным:

– Милорды, что вы думаете?

Советники зашушукались.

– Я согласен с Фергюсом, – почти сразу, не взяв время на раздумье, выступил Ник. – Тут все решает калледионский король, а его отношение к нам было написано у него на лице.

Димир насупился еще больше. Советники тем временем принялись высказываться. Мнения разделились примерно поровну: часть советников находила идею короля многообещающей, часть – выступала за наем армии из Заморья. Пока велись споры, Димир недовольно смотрел на Фергюса, скрестив руки на груди.

«Самонадеянный ребенок!» – вздохнул Верховный Советник. Судьба лишила старика детей, но играть роль воспитателя для молодого короля он также не имел ни малейшего желания. «Его отец таким не был», – промелькнуло в голове у старика. Покойного короля он уважал.