Зажгла принесённую с собой свечу, установила так, чтобы на замочное устройство удобно падал свет. Скинула плащ, придвинула стул и уселась напротив огромного железного ящика, с упоением его рассматривая.
Думая, что дело будет быстрым, я глубоко ошибалась. По телу пробежал озноб предвкушения, пальчики сами потянулись к замку. Прежде с подобными устройствами я не встречалась. Появилось такое же зудящее чувство, какое возникало, когда граф Чарльз в детстве привозил мне различные головоломки, а я не успокаивалась, пока их не разгадывала. Замок сейфа был из того же разряда.
Первые пару часов работы я ещё с азартом вертела железячками и, высунув язык от усердия, пыталась разгадать сложный механизм. Следующие пару часов энтузиазм поутих, родив тихую злость. А когда услышала очередное «мняяявууууу» от Шкета, чуть не запустила стулом в этот гадский ящик.
В который раз потушив свечу, уселась прямо на пол и закрыла глаза. Надо успокоиться и взять себя в руки, пока стражники идут обходом возле ювелирной лавки.
Именно эти несколько минут бездействия удивительным образом вернули мне внутреннее спокойствие и, как ни странно, в голове родилось решение проблемы. Выждав ещё некоторое время, уже спокойно зажгла свечу и, теперь размеренно и четко, сработала. Механизм победно щёлкнул, приведённый в действие моими манипуляциями, и я замерла, немеряно гордясь собой. Смакуя это волшебное время победы, и блаженно улыбаясь.
Глава 11
Однако, долго предаваться самолюбованию не было времени. Потому быстро выгребла всё, что в сейфе было (несколько мешочков с деньгами и обтянутые бархатом коробочки с особо ценными ювелирными изделиями) в свой саквояж. Рассматривать подробности совсем не осталось времени, скоро уже и рассвет.
Вынула из кармана карточку с изображением лисы и кинула в пустой железный ящик, но немного подумав, забрала. Он и так догадается кто позаботился об имуществе ювелира, а мне пока не нужна лишняя реклама.
Закрыла сейф и, вернув все детали механизма на место — теперь это уже было не сложно, услышала характерное: щёлк. Убрав все следы преступления, надела плащ, подхватила саквояж, затушила свечу, пятясь отошла к двери, окинула придирчивым взглядом — не забыла ли чего. Удостоверившись, что всё в порядке, таким же способом, как и вошла, удалилась.
Времени на дело ушло гораздо больше, чем планировала, на улицах уже погасили фонари, занимался рассвет.
Почти бегом добралась до двуколки, в которой, свернувшись калачиком под двумя одеялами, дремал мой мальчишка. При моём приближении он проснулся и, как только я забралась внутрь, мы отъехали.
Основательно потяжелевший саквояжик передала Шкету — не гоже с таким грузом по дорогам шастать.






