[4] Рудольфо Грациани — сподвижник Муссолини, фактически руководил подавлением восстания против итальянцев, действовал самыми жестокими методами.
Глава пятая
Вынужденная задержка
Глава пятая
Вынужденная задержка
Париж
18 декабря 1933 года
Выехать из Парижа восемнадцатого не получилось. Рано утром мальчишки-газетчики носились по городу с криком: «Сенсационная новость! Застрелился Ставиский»! Я понял, что началось, и началось несколько раньше, чем это было в МОЕМ мире. Конечно, бабочек я передавил случайно и преднамеренно множество, один товарищ Троцкий много чего стоит… Про Гитлера даже упоминать не буду. До сих пор раздумываю, правильно ли я сделал, а вдруг история всё вывернет так, что к власти в Германии придёт намного более опасный человек? Но пока не вижу такого. Как мне кажется, даже семейка Гинденбургов не такой уж плохой вариант по сравнению с бесноватым. Но вот сообщение о смерти банкира-авантюриста было некстати. В МОЕЙ реальности попытка правого переворота во Франции произошла в феврале тридцать четвертого, но спусковым крючком событий была как раз смерть потомка эмигрантов из России, киевского еврея, Сержа Александра Ставиского. Прибыв во Францию в двенадцать лет, сын дантиста отличался взрывной энергией и весьма живым умом, который заставлял его ввязываться в аферы и финансовые махинации, за которые неоднократно был осужден. Но при этом оставался на плаву. К сорока годам Александр окончательно сформировался как делец, заматерел, набрался опыта, обзавелся серьезными связями в высшем обществе, что позволяло ему выходить сухим из воды, пользуясь благорасположением сильных мира сего. Как утверждали злые языки, Ставиский прекрасно знал таблицу деления, а потому был желанным гостем в самых значимых светских салонах, а также значился своим среди деловых кругов страны. Ничем иным невозможно объяснить тот факт, что человек с подобной биографией и репутацией стал учредителем одного из крупнейших кредитных учреждений страны — ссудно-закладного банка города Байонна.
За плечами Сержа Александра уже был опыт создания фиктивных финансовых учреждений, что-то вроде попыток создания маленьких финансовых пирамид, только масштаб был не тот. И вот в Байонне он сумел развернуться. По его распоряжению банк начал выдавать ничем не обеспеченные векселя на громадные суммы — общий «вес» фальшивок достигал двухсот миллионов франков. Это были векселя или чеки на различные социальные программы, типа строительства жилья, которые распространялись через городских чиновников, получавших за содействие свой профит. Непосредственно курировал распространение фактически фальшивых бумажек мэр города Жозеф Гара, отвечал за всю операцию директор банка Густав Тиссье.






